У меня вдруг появилось игривое настроение.
- О, я даже не подозревала, как ты очарователен!- похвалила я, присаживаясь за стол напротив него. - Эта чёрная ряса очень жестока к твоей красоте, любовь моя! Хотя я надеюсь, что она высохнет до завтра!
Клод весело улыбнулся, но эта улыбка тут же сошла на нет.
- Я не хотел бы говорить тебе этого, дорогая, но ты в ужасной беде... Парламент выпустил постановление о твоей казни через 3 дня. Тебя ищут по всему Парижу!
Меня охватил ужас, с которым я, однако, быстро справилась.
- Чего же они никак не успокоятся? - вознегодовала я.
- Есть на свете такие демоны, — отвечал мой любимый. - Им нужна кровь. И, что самое ужасное, король утвердил это решение и поставил под ним свою подпись.
- Неужели это твой славный добрый друг Людовик?
- К сожалению, да. Он может быть славным и добрым, когда ему это нужно. А по сути он - мерзкий лицемерный тиран! При этом богомольном государе виселицы гнутся от повешенных, плахи загнивают от крови, тюрьмы готовы лопнуть, как переполненные утробы. Одной рукой король совершает поборы, а другой вешает. Это прокурор господина Налога и госпожи Виселицы.
Но я добился его аудиенции на завтра. Хотя он никого не милует, проще отнять кость у тигра... У меня есть основания надеяться на снисхождение для тебя - ведь он мне очень обязан, как ты помнишь...
- А если не помилует? - спросила я.
- Тогда мы вместе уедем из Парижа! - решительно отвечал Клод.
- В Реймс? - осведомилась я.
- Ну нет. Реймс слишком близок для нас... Возможно, придётся оставить Францию... К счастью, у меня достаточно денег, чтобы начать новую жизнь...
- О! В Андалузии... Ты знаешь, как она прекрасна? - размечталась я. - Гитана, моя воспитательница, говорила об Испании, как будто это ее страна... Теперь, когда ее не стало, я считаю своим Париж. Но когда я вижу в мечтах море, я представляю, как оно уносит меня далеко отсюда... К горам Андалузии... Река Андалузии течёт в моей крови, в моих венах... Небо Андалузии- разве оно не стоит того, чтобы туда вернуться?!*
- Я последую туда за тобой! - радостно воскликнул Клод, очарованный моей речью.
- Проблема в том, как объяснить все это моей маме? - задумалась я, опустившись с небес на землю.
- Это я возьму на себя, - пообещал он. - Но все же я думаю, что Людовик тебя помилует.
- Как странно, - произнесла я, помолчав. - Моя жизнь на волоске, а мне не страшно, потому что рядом ты...
Клод улыбнулся:
- Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
- И все же я не понимаю, почему они никак не оставят меня в покое, - негодовала я. - Ведь Шатопер жив и здоров...
- И даже женат, - добавил Клод.
- Серьёзно?
- Да, пару дней назад он обвенчался со своей Флер в нашем Соборе, - с насмешливой улыбкой отозвался мой возлюбленный.
- Надеюсь, не ты их венчал? - хихикнула я. - А то было бы слишком забавно.
- К счастью, нет. У меня довольно священников, и я предпочёл избавить себя от этого фарса...
- А мне ничего не сказал, хитрец! - мягко упрекнула я.
- Ну, мне очень не хотелось портить тебе настроение...
- С чего бы ему портиться, ведь капитан мне нравился только в вашем с Пьером воображении, - с лукавой улыбкой заметила я. - Напротив, мне очень жалко Флер, бедная девчонка!
- Это верно, - согласился Клод. - Уж мы-то с тобой знаем Феба...
- Неужели парламент присудил меня к казни за то, что я не смогла довести его убийство до конца? - мрачно пошутила я.
- Это не шутки, Агнесса, - резко посерьезнел мой друг. - Послушай, я пытался добиться твоего оправдания, много говорил с Шармолю, с верховным судьёй... Обвинение в убийстве Феба с тебя сняли, заменив на покушение. Но обвинение в чародействе никуда не делось, а оно не менее страшное. Я пытался добиться твоего оправдания в колдовстве и распутстве - или хотя бы того, чтобы казнь заменили штрафом. Но беда в том, что теперь прибавилось новое обвинение в мятеже...
- Это из-за штурма Собора? - с болью сообразила я.
- Да, к нашему несчастью, король взял это дело под личный контроль, и он просто в ярости! Он лично допрашивал участников штурма, очень многих приказал казнить. Ты бы видела, сколько сейчас виселиц в Париже и его окрестностях!
- А Клопен?! - встревожилась я.
- Он тоже повешен, сегодня утром,- холодно ответил Клод.
- Нет, нет! - воскликнула я, закрыв лицо руками. - Это же я его погубила!
- Перестань! - запротестовал Клод. - Его погубила не ты, а алчность. Как и Жанно. Это был их осознанный выбор. Твоего дядю, действительно, очень жаль, его убили за честность.