— Вставай Савл, — раздался голос диакона. — Хорош спать.
Студент повернувшись, уставился на друга. — Живой, — еле слышно произнёс он.
— Чего? Конечно живой. От нашего самогона ещё никто не помер. Голова болит?
Савелий кивнул. Гавриил дал ему полный ковш кваса.
— На, попей и вставай, рожа опухшая. Пойдём, умоешься.
Через полчаса они сидели в каморке за столом.
— Чего молчишь-то? Плохо после вчерашнего? Это с непривычки. Сейчас поправишься и всё на место встанет.
Диакон разлил по стаканам самогона. Стукнулись, выпили.
— Смотри Савелий, какую занятную вещицу я сегодня утром на площади подобрал.
Монах протянул ему кулон с тоненькой, порванной посередине цепочкой. Студент взял украшение, начав его рассматривать. На тёмно-синем шлифованном ромбике белыми крапинками была изображена двойная спираль, наклоненная в плоскости.
— Что скажешь? Чтобы это могло быть?
Савка пожал плечами.
— А хочешь, тебе отдам? Мне она ни к чему.
Студент кивнул, сжав в ладони ромбик.
— Да что с тобой? Молчишь, да молчишь. Вчера рот было не закрыть. Давай ещё налью.
Они выпили. Савелий поднял голову, посмотрел на счастливого друга и спросил.
— Сашка, я хочу поступить в духовную семинарию?
— А тебе зачем?
— Чтобы получить дополнительные знания.
— Так ты же во всё это не веришь?
— Хочу узнать что-нибудь об Астароте или Молохе? Или о Пентаграмме? Или о Белобоге с Чернобогом?
— Белобоге говоришь? Тебе не в духовную семинарию надо. Там про это не расскажут.
— А куда?
— Есть здесь в лесу община, «Возрождение» называется. Живут поклонники старинного культа в лесной чаще и поклоняются старым языческим богам. Только от бесов всё это.
— От бесов? — студент на мгновенье задумался. — Возможно. А Чернобогу они поклоняются?
— Савелий, не начинай. Вчера весь вечер какую-то ересь нёс, теперь в богохульство ударился. У тебя всё в порядке с головой? Ладно, хватит трепаться, сейчас пойдём к Медведеву Филарету Апаллонычу. Он обещал мне баньку сегодня организовать.
— Филарет Аполлонович жив?
— Ась? — не понял Гавриил.
Савелий неуверенно переспросил. — Ну, он живой?
— Кто?
— Филарет Аполлонович.
— Всё Савка. Сейчас к фельдшеру сходим перед баней. Похоже, наш самогон для тебя оказался крепче, чем положено. Пошли.
Они вышли из пристройки и двинули в конец села до фельдшерского пункта. Идя по улице, друзья встретили Богдана Вацловича. Савелий остановился, и уставившись на старика спросил диакона.
— Он тоже жив?
Гавриил также остановился, удивлённо глянул на друга, задав ему вполне резонный вопрос.
— Кто?
— Вон тот крестьянин, — студент указал на тоже остановившегося пожилого человека.
— Вацлович что ли? Конечно. А с чего ему быть мёртвым?
— Здравствуйте люди добрые, — сказал дед Богдан, сняв соломенную шляпу и поклонившись.
— И тебе не хворать, — ответил Гаврила, слегка кивнув.
— Далеко собрались?
— Вот друга в фельдшерский пункт веду.
— А что? Друг захворал?
— Захворал.
— И что с ним?
— Похоже, от нашего самогона разум немного повредился.
— От нашего бывает, — произнёс дед Богдан и обратившись к студенту добавил. — Савелий, спасибо тебе за гостинцы. Деткам очень понравились твои конфеты.
Савелий оторопело глянул на Вацловича. — Пожалуйста, — ответил студент и полез в карман. Вытащив оттуда кулон, он показал его крестьянину. — Дед Богдан, вы случайно не знаете, что это такое?
Вацлович подошёл ближе, присмотрелся к предмету на ладони Савелия и вдруг резко отпрянул.
— Говоришь, твой друг умом тронулся? — с тревогой в голосе произнёс крестьянин, испуганно посмотрев на служителя культа. — Вам не к фельдшеру нужно. Вам к нашей бабке Аксинье.
— К этой ведьме?! — возмутился Гавриил.
— Только она вам поможет. И обязательно эту штукенцию покажите.
— Что же эта за штука такая? — поинтересовался диакон. — Раз ты дед от неё шарахаешься.
— Есть придание, мне мой прадед сказывал, что существует на свете амулет в виде бубна с белыми точками на нём. Так вот, у кого такой талисман окажется, тот сначала с ума сойдёт, потом умрёт. Но если человек сможет понять, как действует сея штуковина, то сможет сказочно разбогатеть или даже стать правителем. Но лучше от этой вещи избавится.
— Почему бубен? — полюбопытствовал студент.
— Наши селяне так ромб называют, — пояснил Гавриил. — Ладно, пошли к Аксиньи. Прощай дед Богдан.
— Прощавайте.
Савелий с Гавриилом двинули в другую сторону. Вот на окраине села показалась жалкая лачуга. Подойдя к полуразвалившейся хибаре диакон стукнул несколько раз кулаком в хлипкую дверь.