— Ну вот и прибыли, — сказал крестьянин останавливая лошадь.
— Прибыли, — Сава подвинул саквояж на телеге, открыл его и вытащил оттуда две обёрнутые в блестящую прозрачную слюду длинные полосатые красно белые палочки. Протянул их крестьянину.
— Держи дед Богдан.
— Это что ж?
— Конфеты. Ребятишек своих угостишь.
— Благодарствую. Что за конфеты такие диковинные.
— Французы в Щучинске магазин свой открыли, товар прямо из Парижа доставляют, — ответил студент застёгивая саквояж.
— Из самого Парижу? — изумился крестьянин.
— Из Парижа, из Парижа не сомневайся дед Богдан.
— Ну спасибо Савелий. К нам надолго?
— Переночую, там видно будет.
— Покатили ко мне, у меня и заночуешь. А что? Места хватит.
— Мне к товарищу надо. Столько с ним не виделись.
— Ну тогда прощай.
— До свидания.
— Но! — крикнул старик тряхнув вожжами, телега со скрипом и скрежетом тронулась с места.
Сава подхватил саквояж, посмотрел вслед удаляющейся дребезжащей повозке и пошёл по направлению к церкви, которая возвышалась над другими строениями в начавших сгущаться сумерках. Местные собаки подняли разноголосый гвалт. Маленькие шавки повыскакивали со дворов, заливаясь звонким лаем до хрипоты. Псы побольше сердито бухали из-за заборов. Дорогу перебежала стайка гусей громко гогоча, за ними следом с хворостинами босоногая ребятня. Студент подошёл к церковным воротам, которые были открыты. Из храма вышли две молодые женщины, он полюбопытствовал у них, где ему найти диакона Гавриила. Одна из девушек указала в сторону небольшой постройки у церкви. Савелий поблагодарил их поклонившись, сказав при этом, «Бонжур, мадам» , чем сильно развеселил барышень. Он поспешил к дощатой хибаре с небольшим окном, светящимся в надвигающемся сумраке тусклым жёлтым светом. Подойдя к пристройке Савелий заглянул в оконце. При слабом свете он увидел фигуру человека одетого в монашеский наряд, склонившегося над столом.
— «Читает наверное», — подумал Савелий узнав в нём своего друга.
Студент постучал по стеклу. Тишина. Тогда он подошёл к двери постучав в неё. Дверь приоткрылась и до слуха Савелия донёсся мощный храп. Студент вошёл в каморку, пробрался через всякий скарб, валяющийся прямо на полу, к столу и потряс полулежащего на нём детину за плечо. Диакон поднял голову, изумлённо посмотрел на незнакомца, потом покачиваясь встал, взял со стола керосинку поднеся её к лицу Савелия. Пригляделся, стукнул себя ладонью по лбу да как заорал.
— Савка! Приехал! Ну и изменился же ты! Сразу и не признаешь! — ревел густым басом Гаврила, сжимая в своих объятиях друга.
— Да ничего, — сдавленным голосом просипел студент. — Сколько не виделись.
— Что же мы стоим. Садись, садись сюда. К окну поближе.
Савелий сел на указанное место, поставил рядом на лавку саквояж. Напротив, расположился диакон. Он полез под стол, вытащил оттуда два стакана, бутыль самогона и кое-какой закуски, которая состояла из отварной в мундире картошки, нарезанного сала, головки чеснока с разломленным караваем чёрного хлеба. Монах начал разливать, но Сава жестом остановил его.
— Ты что, не пьёшь? — удивился диакон.
— Ваш напиток сильно крепок, я сегодня убедился. Давай сначала моего попробуем в качестве аперитива.
— Чего? — не понял диакон.
— Сначала пьют напитки послабже, а потом покрепче, — пояснил студент.
— Да? — удивился Гавриил. — Всё эти ваши штучки городские. Ну давай, доставай свой.
Савелий извлёк из саквояжа бутылку французского коньяка в изысканной бутылке с разноцветной этикеткой и плитку шоколада, завёрнутую в золотистую фольгу.
— Ого, — удивился диакон. — Знатные у тебя штучки. Столичные?
— Нет. В Щучинске в магазине французском купил, — ответил улыбнувшись студент.
— Во как? Значит, всё же открылись.
— Открылись, — кивнул студент.
Он откупорил бутылку, но тут же с иронией в голосе поинтересовался.
— А тебе можно? Ведь напиток заморский.
— Иисус сказал, «Вино, моя кровь», а Христос был не русским.
— Ну и хитрец же ты. Подставляй стакан.
Савелий разлил по половине каждому. Они чокнулись. Гаврила посмотрел в чарку, понюхал, потом глянул на студента. Тот чинно потягивал напиток, откусывая мелкие кусочки шоколада и разглагольствовал.
— Коньяк Хеннесси Приват Резерв, высшей пробы. Какой букет, аромат. Выстоян в подвалах при определённой температуре на глубине пятнадцати метров в специальных бочках из особого дуба. Состоит из четырнадцати коньячных спиртов с цветочным характером.