- Я так понимаю, если бы я вовремя не появился в поле твоего зрения, сгодился бы любой находящийся в зале? - Желтые глаза сузились, хотя голос остался спокойным.
- За неимением времени, д-да, - говорить мужчине о том, что он просто подручный материал для того, чтобы остаться вменяемой еще на какое-то время, оказалось неприятным открытием для меня. Обычно мужчины выступали в роли удовлетворенного самца, оставляя самок безутешными. - Харон не давал о себе знать с того момента, как раненый приполз в лабораторию. А последние двадцать лет я ослаблена магически и не имею против лика практически никаких других возможностей.
- Магия, она тоже может помочь? - Гидеон ухватился за мои слова, как утопающий за соломинку.
- Может, но не в данном случае. - Я старалась не смотреть на мужчину, которым так нагло воспользовалась в сугубо своих корыстных целях. - Магия исцеления, подвластная мне сейчас, даже способствует его пробуждению.
- Как много людей знают о твоей крови?
- Немного. Знала мама, бабушка, знает Древян, подозревает Коэн, но кто ж ему скажет. - Я осторожно поерзала, пристраивая руку, которую успела отлежать. - Древян до ужаса боится проявления второго лика, ему не выгоден Харон, особенно в качестве преемника Коэна. Мамы уже давно нет в живых, а бабушка никогда не признается в том, что знает.
Проводник мгновенно оживился:
- Она жива?
- Да. - Я кивнула.
- И ты не пыталась связаться с нею?
- Пыталась, но бабушка не идет на контакт, а может и она уже отошла в мир иной. - Я тяжело вздохнула.
- И все же, как часто ты прибегаешь к подобным методам? - А Гидеон оказался настырным.
- Не так уж часто, - раздраженно проговорила я, вскидывая на проводника злой взгляд и натыкаясь на его откровенную улыбку, - иначе бы не было этого заговора и моего позорного наказания.
- Остынь, я не претендую на роль единственного и неповторимого. - Проводник фыркнул. - А мой зверь переживет обиду отвергнутого самца.
- В смысле? - Мне стало интересно.
- Просто по нашим традициям, отдавшаяся женщина принадлежит мужчине, даже если они не совершили обряд единения душ. - Желтые глаза Гидеона насмешливо блеснули, а узкие губы скривились в лукавой усмешке. - Не беспокойся, я это переживу.
- Страшновато после того, как узнал кто я такая? - Я тоже улыбнулась, поворачивая голову к мужчине, оставаясь немного напряженной.
- Не без этого. Просто никогда не подозревал в себе наличие такого экстремализма. Но ты меня зацепила, не буду лукавить. - Мужчина по-прежнему улыбался, но глаза оставались серьезными. - Именно странностью, какой-то загадкой, с налетом древности, флером непонятной таинственности.
- Ага, и наличием статьи за спиной, - я фыркнула, немного расслабляясь, видимо останемся друзьями и меня это вполне устраивало.
Мы немного помолчали, думая каждый о своем. Наконец проводник пошевелился, снова решившись на вопросы:
- Почему ты мне все это рассказала?
Услышав вполне уместный вопрос, только пожала плечами, сама еще толком не разобравшись, отчего доверилась совершенно незнакомому человеку:
- Не знаю, просто поняла, что лгать не смогу, а выкручиваться не умею.
- А попытка твоего замораживания не может быть связана с твоими способностями? - Озвучил свои размышления проводник, не став больше расспрашивать о причинах, побудивших меня открыться.
- Не знаю, - я удобнее устроилась на плече у проводника, пытаясь думать на эту тему, - подробностей проявления моего лика Древян не знает, о полной передаче силы еще не должен, так как завещание мамы никто не вскрывал, я бы знала. Король Коэн, конечно, может желать моей смерти, но не такими же радикальными методами, тем более что моя смерть ему не выгодна.
Парень приподнял бровь:
- Отчего?
- Пока я жива, живы призрачные надежды, привести меня под венец, - я пожала плечами, удивляясь его незнанию прописных истин.
- Почему ты так сопротивляешься этому браку? - Проводнику было непонятно мое стойкое сопротивление надеть на голову королевскую корону.
- Это кровосмешение, - я аж подскочила от негодования, поворачиваясь к мужчине лицом, - Древян и сам Коэн являются кровными родственниками по их материнской линии. В некоторой степени мы с ним кузены, хотя наше родство и не афишируется массово. В отличие же от обывателей я досконально знаю свое фамильное древо и древо Коэна, на которое в свое время и указала принцу, тогда еще принцу. Он не внял.
- А как может проявиться кровь Янусов при подобном раскладе?
- Не знаю, - я недовольно поморщилась, укладываясь обратно, - но скорее ничем хорошим. Мой второй лик не отличается особой адекватностью поведения, и я опасаюсь, что это передается по наследству.