- А Валентин? - Поинтересовалась я. Услышанное не порадовало, хотя и сказано было довольно пространным языком. - Серано Альдон, герцог Норэмский.
Мне удалось припомнить все имена и титул будущего наследника, имя которого когда-то мне называл сам Гордон, при нашей последней встрече.
- Ты в курсе своего потенциального наследничка? - На холеном лице Коэна появилась гаденькая ухмылка, темная бровь взметнулась вверх. - Ничего такой юнец, очень покладистый.
- Лучше чем я? - Уточнила.
- Стократно, не поверишь, - король развел руки, с той же неприятной издевательской улыбкой наблюдая за моим лицом.
- Ты подписал его прошение о признании наследственных прав, не так ли. - Я не спрашивала, и так все было ясно. Даже не смотря на разногласия с моим отцом, Коэн даст Валентину возможность официально присоединиться к нашему роду, только бы досадить мне. Это уже потом он застопорит дело, так как понимает, что едва в руках Древяна окажутся столь мощные ниточки управления, ему придется придумывать, чем можно отвлечь рвущегося к власти Древяна. - В обход основного завещания, и тем более, в обход моего согласия.
- Твое слово сейчас ничего не значит, - Коэн моментально стал серьезным. Вся развязность с него слетела как вода, - ты упустила возможность управлять своей судьбой.
- И все равно, в монастырь я не поеду, - твердо произнесла я, тоже подбираясь в кресле.
- Советник Грий, - Коэн резко подхватился на ноги, раздраженно бросив весьма недовольный взгляд в мою сторону, - распорядитесь подыскать для метрессы подходящее жилье на сегодняшнюю ночь, желательно с отличной охраной.
- Да, ваше величество, - Гордон тоже встал, пришлось и мне подняться на ноги, хотя я не горела желанием отдавать почести после подобных новостей. - Для метрессы приготовлена камера в подвалах дворца.
- Отлично, - Коэн кивнул, и еще раз смерив меня своим тяжелым оценивающим взглядом, развернулся и вышел из кабинета советника, оставляя нас одних.
И главное, ни слова про произошедший недавно инцидент.
Проводив короля задумчивым взглядом, я снова уселась на свое место и исподлобья взглянула на советника, подложившего мне свинью в виде тюремной камеры.
- Спасибо за комфортабельное жилье, - с иронией произнесла я, поставив локти на подлокотники и сцепляя пальцы в замок, - всегда мечтала вернуться в подвалы королевского дворца.
- Лейда, не тебе сейчас выбирать. - Гордон тяжело вздохнул, потом обойдя стол, подошел ко мне. Наклонившись над моим креслом и поставив на подлокотники руки, заставив меня при этом отодвинуться подальше и вжаться в спинку кресла, вкрадчиво поинтересовался. - Что не так с монастырем святой Севанны?
- Не знаешь?! - Удивилась я, наивно хлопая глазами и оскалившись в неприятной улыбке.
- Поясни, - упрямо потребовал советник, не спеша отстраняться. - А то я чего-то не понимаю.
- Когда-то давно Древяну втемяшилось в голову, что мне стоит пожить вдалеке от родного замка и он, с согласия тогдашнего короля спровадил меня в монастырь. Все бы ничего, - я поморщилась от пристального взгляда Гордона, - только в том монастыре все магические силы исчезают. И если в детстве это казалось только страшным сном, так как Древяну пришлось забрать меня спустя два года, то сейчас за меня некому заступиться.
- Но ты и так лишена дара, - Гордон чуть-чуть отстранился, все еще не понимая моего столь категоричного тона.
- Это не то, - меня передернуло от неприятных воспоминаний, - сейчас я чувствую свой дар, пусть он и закрыт от моего использования. В пределах монастыря это ощущение исчезает, зато появляются странные видения, необъяснимые страхи, неестественные, нереальные сны. Вроде бы ничего неопасного, но вместе с тем вызывает желание сбежать оттуда и наоборот, сковывает волю, делая покладистой овечкой. И что самое интересное, действует только на женщин с даром. Мужчинам там находится, если и не совсем комфортно, то терпимо. На их дар монастырь не действует.
- Откуда об этих свойствах знает Коэн? - Советник продолжал неприятный для меня допрос.
- Из старинных отчетов, - я пожала плечами, - в разные времена там содержались неугодные любовницы, сестры, родственницы его предков.
Советник некоторое время молчал, по-прежнему упираясь ладонями в подлокотники моего кресла. Его темные глаза пытливо всматривались в мое лицо, а губы беззвучно шевелились. Наконец он оттолкнулся и, выпрямившись, сложил руки на груди:
- Там так ужасно?
- Непередаваемо. - С чувством ответила я, ожидая от бывшего любовника любого подвоха.