Орину она, придя к власти, отправила в монастырь Севанны, посчитав одной из самых перспективных и опасных в магическом плане. Младшую, Митерину, сплавила на островные княжества в качестве сиделки при престарелом Стане, о котором вдруг вспомнила. Девушка прожила недолго, заразившись какой-то формой лихорадки. Китрану и Ефинику навсегда закрыла в детской, сделав обеих няньками и охранницами при долгожданном наследнике. А Фоэнна упала с лестницы на собственной свадьбе, так как единственная, нашла способ уйти из-под опеки заботливой старшей сестренки.
Если сможешь, поговори с какой-нибудь из оставшихся сестер. Не опасайся их интриг или пакостей, для них при твоей жизни прошло чересчур много времени и они вряд ли смогут что-то сделать.
Со мной было немного иначе. Меня сумели поймать на махинациях люди Древяна и чтобы не раздувать скандала, я была вынуждена выйти за него замуж, потеряв официальный статус принцессы и, оказалась вычеркнутой из списков наследниц Старрона.
Я не стану много рассказывать о произошедших событиях, скажу лишь, что когда я поняла, что по-настоящему влюбилась, моя жизнь пошла наперекосяк. Никогда не доверяй свою жизнь и судьбу близкому человеку, как сделала я. Мы с Сенарой во многом оказались похожи, и ей удалось то, что не удалось мне. Более решительная, более красивая и настойчивая, Сенара смогла заинтересовать человека, в которого я влюбилась без памяти и стать его супругой. Правитель Сунатры, соседнего государства, не заметил подмены, когда женился, и мне ничего не оставалось, как отступиться, не помог даже подлог, а потом и вовсе стало поздно, Сенара ждала ребенка.
Когда оба счастливых родителя поняли, что что-то идет не так, они вспомнили обо мне и, презрев наши былые разногласия, обратились ко мне за помощью. Беременность Сенары и впрямь протекала неправильно, с какими-то странными задержками и провалами во времени. Я тоже к этому времени замужняя, безвылазно проживала в своем родовом гнезде и пестовала единственное дитя, в замке, который мне презентовала матушка, подсластив пилюлю после отставки моей кандидатуры.
Прости, что я так пишу, словно для меня это давно свершившееся событие, но так оно и есть. Я провидица и знаю всю свою судьбу наперед. Знаю, потом у меня просто не будет времени написать тебе это письмо, а потому и пишу его сейчас, за двадцать лет до твоего истинного рождения».
Нахмурившись, я снова перечла последние строчки и замерла, пытаясь их осмыслить. Мама была провидицей, сивиллой? Однако она никогда не говорила мне об этом и я ни разу не видела ее за работой. Да и потери реальности, в пространстве у нее никогда не наблюдалось. Потерев переносицу, тяжело вздохнула, прошлое матери оказалось для меня полной загадкой. Интересно, от кого же у меня мой собственный дар? Если мать провидица, отец стихийник, от кого я приняла дар временщика. От бабушки? Вроде бы та не владела подобным видом магии, а может я многого просто не знала по своему малолетству?
Отложив на время письмо, снова задумалась о природе своего дара. Временщик, крайне редко встречавшееся направление магии в нашем мире. Их можно было пересчитать по пальцам обеих рук, но не считать же кого-то из них потенциальным отцом, в обход Древяна. С удовольствием сделала бы подобное, так как весьма мало походила на своего кровного родича, хотя мать никогда даже намеков не делала на этот счет. Только сейчас, сделав выводы из недавно услышанного о бурной молодости матери, я бы не удивилась, если бы мать прижила меня где-то на стороне, а Древян, зная об этом, всеми силами пытался выжить меня со своего родового древа. Может это и есть махинации, о которых писала мама, за которые она поплатилась, став супругой Древяна?
Понимая, что без информации, которая находится в письме, я все равно нечего не смогу разгадать, снова взяла пергамент в руки. Касаться этого хорошо выделанного куска телячьей кожи было немного странно. Аделина на моей памяти никогда не пользовалась этим видом передачи посланий, отдавая предпочтение небольшим кусочкам тонкой папиросной бумаги, на которых она писала, короткие записки и посылала их магическим путем.
Поправив пергамент, снова углубилась в чтение.
«Иногда мне сложно понимать, что произошло, а что еще только грядет. Будущее и прошлое путаются перед глазами, и мне кажется, что я смотрю на тебя, такую маленькую и такую целеустремленную, пытающуюся разобраться в хитросплетении той или иной магической конструкции. А потом оказывается, что это только будущее и я еще совсем молоденькая и сама корплю над надоевшими до зубовного скрежета учебниками. Иногда и будущее, и прошлое сливаются, и я перестаю вообще что-либо видеть, становясь, простой смертной.