Этот человек казался скользким и странным. А его рассказы, не смотря на красочность имели скрытый подвох, который мне еще предстояло разгадать.
***
С каждым днем зрение восстанавливалось все больше и больше. Уже не приходилось держать платок постоянно в руках, если мне случалось во что-то долго вглядываться. При этом остроты я не потеряла и если бы не постоянные слезы, то дискомфорта не ощущала.
Я, как прежде, находилась в гостях у Эмора Грина, закрытая в отведенных для меня покоях. Вот только разговор, о котором задумала, едва прочла письмо от матери, так пока и не состоялся. Изначально, из-за постоянной занятости Эмора, с которым мы встречались только на обеде и где постоянно сновали слуги, не дающие возможности откровенного разговора. Потом, по причине отсутствия самого зачинателя всей этой истории. За пустопорожними треволнениями прошла неделя.
Хозяин растворился среди хаоса только ему ведомых дел. Благодаря прислуге знала, отправился куда-то за пределы замка, в спешном порядке. Из-за его отсутствия, мне приходилось встречаться только с молчаливым Мироном, о котором я ничего толком не смогла разузнать, как ни силилась. После нашей первой достопамятной встречи, лекарь хозяина стал молчаливым и совершенно, высокомерным.
Посему наши редкие встречи происходили только по вечерам, когда меня приводили на неизменный ужин. Видимо совместное проведение вечернего досуга было постоянной мерой встреч хозяина и его столь странного то ли лекаря, то ли любовника, то ли родича. Я так и не смогла разобраться в их отношениях, сколько не силилась. В остальные часы ела я в полном одиночестве в своей комнате.
Мирон, как впрочем, и я, не особенно жаждал наших встреч, а посему общие ужины не отличались дружескими беседами. Мужчина обычно при виде меня, что-то буркал в приветствии и этим и ограничивался, не произнося ни слова более. Я отвечала тем же пренебрежением.
Отсутствие Эмора меня несколько тревожило, так как я пока толком и не разобралась, чего же хочет от меня этот очередной заговорщик. О наличии Харона в моей душе, никто из них явно не догадывался, а значит, они являлись отдельными заговорщиками, претендующими на трон сугубо Коэна. Или очень отлично камуфлировались, имея на меня и моего Януса свои личные мысли и идеи.
Как и всегда мой день ничем примечательным не отличался и проходил в полной праздности.
Отдернув занавесь с панорамного окна, я посмотрела на далекий, едва видимый потемневший горизонт и поморщилась, очередная пытка ужином в присутствии неразговорчивого Мирона. Даже не стала переодеваться. Зачем соблюдать приличия, когда твоему визави это совершенно не интересно, и он даже не заметит несоблюдения установленных этикетом традиций.
А потому, когда за мной пришли, попробовала возмутиться и даже сказаться больной, но упоминание Мирона в качестве лекаря, мгновенно отрезвило меня. Тяжело вздохнув, я отправилась на очередную пытку, поинтересовавшись, когда же прибудет основной хозяин. Слуга, пришедший за мной, только развел руками.
Неделя бездействия угнетала. На каторге я хотя бы знала, чем буду заниматься, а здесь приходилось изнывать от полной инертности и полного незнания своего будущего. Мой рассказ о коронации не произвел на Эмора особого впечатления, а значит, мне была уготована иная стезя в запланированном заговоре.
Задумавшись о последствиях заговора, я не сразу осознала, что меня ведут в несколько ином, чем обычно, направлении и резко остановившись посередине обширного коридора, пытливо посмотрела на слугу, ожидая объяснений и желательно подробных:
- Ужин отменяется?
- О, нет, тхевари, - слуга покачал головой, показав рукой направление, вперед по коридору с колоннами, сейчас полуосвещенному несколькими свисающими с потолка, светильниками, отбрасывающими огромные тени от многочисленных статуй и барельефов, - у хозяина гости.
- Не поняла? - Я нахмурилась, ощущая неприятное покалывание в запястьях. Невольно посмотрела на уходящий вдаль продолжительный коридор, заканчивающийся мраморной лестницей, ведущей в обе стороны. - Меня кому-то желают показать?
- Не знаю, тхевари, - слуга виновато передернул плечами, став заметно нервничать под моим пытливым цепким взглядом, - мне просто, велено проводить вас в другую столовую.
Задумчиво постучав пальцами по губам, я всмотрелась в лицо слуги, которого приставили ко мне, пока я обретаюсь в частном доме высокопоставленного заговорщика. Надо же, а он и правда нервничает, значит, дело не чисто.