- Мама?! - Мы обе синхронно вздрогнули, услышав неподалеку тонкий детский голосок, принадлежащий мне, прошлой. - А что с принцем?
- Ничего деточка, - Аделина резко обернулась к маленькой девочке, с опаской, подымающейся по ступеням, и махнула мне взрослой, прошептав одними губами. - Уходи.
Не став перечить матери и опасаясь встречи сама с собой, что могло быть чревато для окружающего будущего, послушно отступила за колонну и, развернувшись, поспешила покинуть продуваемую галерею, устремившись назад. Холода я уже не ощущала.
В моей голове крутилась только одна мысль. Письмо, в котором я прочту об очередной тайне матери и об этой странной, непонятной встрече. А ведь мама знала о ней, по ее глазам было ясно, она вспомнила это место, когда ставила защиту вокруг принца.
Возвращение не заняло так много времени, как поиски прошлого. Как только оказалась в заброшенных коридорах, перешла на стремительный бег и, не заботясь больше о сохранении тишины, пролетела коридоры в единый миг. Мне пришлось только остановиться один раз, в квадрате, в который упирались несколько параллельных коридоров и немного подумать, дабы не заплутать. Мне повезло, вовремя вспомнив о следах, оставленных в пыли заброшенных помещений, я сорвала со стены факел и внимательно пригляделась к полу.
Едва появившись в спальне, из которой так недавно стремилась уйти, сунула горящий и чадивший факел в специальное крепление на стене, решительно подтащила найденное кресло к кровати и, встав на него, зашарила по навершию балдахина. Так как мать не указала точного местоположения тайника, пришлось наглотаться пыли и даже свалить одну половину тяжелого балдахина. Моего веса не выдержала тонкая балка, удерживающая тяжеленную ткань. Едва не рухнув вместе с нею, не ровен час, переломаю кости в далеком прошлом, вот будет смеху-то, уцепилась пальцами за какой-то выступ и все же упала, когда под усилием и весом моего тела, выступ подался назад и щелкнул, открываясь. Следом за мной, некрасиво полетевшей на пол, посыпалась какая-то труха, а по затылку меня ударило чем-то достаточно тяжелым, хорошо еще без острых углов.
Крепко выругавшись из-за своей неуклюжести, села на полу и стремительно огляделась, негоже потерять то, что стукнуло по голове. Благо предмет, украсивший мой затылок шишкой, далеко не укатился, запутавшийся в ткани балдахина. Это оказался небольшой деревянный тубус, чем-то напоминающий длинную шпулю для ниток, только вместо ниток для шитья на стержне был намотан пергамент, скрепленный золоченым массивным кольцом.
Схватив тубус, нетерпеливо сдернула кольцо с тубуса и осторожно потянула пергамент за кончик, постепенно вытягивая его из тубуса. Увидев мелкий почерк матери, судорожно вздохнула. На этот раз послание не было защищено никакими магическими замками и заклинаниями.
«Письмо постарайся не хранить, оно достаточно веская улика для Древяна и может очень сильно подпортить тебе жизнь».
И никаких тебе сантиментов. Жестко, коротко, и по существу. Оторвавшись от первых строчек, поморщилась. Такую мать я практически не знала. Обычно она старалась быть более женственной, мягкой, любящей, нежной. Сморгнув с глаз непрошеные слезы, снова углубилась в послание.
«Будь с ним жесткой и твердой. Древян верткий, скользкий тип и постарается отобрать все, чем ты владеешь, но его можно приструнить.
А теперь о том, что ты должна знать. Я, Аделина Фанна Клевская, не являюсь, истинной дочерью королевы Арахны, когда-то удочерившей меня и выдавшей меня за свою дочь и наследницу. Я, похищенная дочь короля страны Росста, причастна к убийству собственной матери и пошедшая на обман ради сохранения собственной жизни и наследия отца. Когда, к власти пришел мой отец, король Ихимас, истинный Янус, правление которого никого не устраивало, моя мать уже ждала ребенка. Отец, как это всегда подразумевалось, ждал мальчика, но родилась я, пусть и с задатками отцовского наследия, но все же дочь.
Отец, правивший жестко и весьма кроваво, не сумел удержать трон в своих руках, еще и из-за неимения наследника мужского пола. Произошел переворот, отца казнили, а меня и мать сослали на отдаленный остров, где мать отравили новые ставленники, и я способствовала этому. Мне, к тому времени было 12 лет и я, наслушавшись приспешников, отправленных вместе с нами в изгнание, решилась на очередной переворот, чтобы самой взойти на отобранный у отца, такой вожделенный всеми трон. Моему восхождению мешала мать, сломленная совершившимся в стране переворотом и последующей смертью отца, и я дала себя уговорить о необходимости устранения еще одного, но такого лишнего претендента. Заговор провалился и, мне пришлось бежать в соседнюю страну.