Сглотнув от появившейся во рту мерзкой кислой слюны, несколько минут тупо пыталась просто понять, где это я вообще нахожусь. Каменные, грубо сложенные стены, правда, местами побеленные, убогое куцее убранство, состоящее из небольшого колченого стола, приткнутого к стене с пробитым в ней узким кривым окном без стекла, но с деревянной рамой, одного неказистого стула и относительно широкой лавки, на которой я и обреталась в данный момент.
- И где это я? – Вслух произнесла я, не ожидая ответа на мой вопрос, за неимением собеседников. В странном помещении я находилась совершенно одна.
«- Я бы сказал, только тебе не понравится». – Однако мне ответили и явно голос прозвучал в моих и без того затуманенных мозгах.
Не полностью пришедшая в себя, я недоуменно огляделась вокруг, не сразу поверив в то, что слышу. Словно этот кто-то должен быть у меня за спиной. А, нет, за спиной оказалась неровно побеленная, шероховатая стена и больше ничего. Ладно, не все потеряно. Иногда и нормальные люди разговаривают сами с собой, за неимением подходящих собеседников.
«- Ты спятила?» - Нет, говорили именно в моей голове, да еще и издевательским тоном.
- А должна? – Поинтересовалась вслух, удивляясь столь странным вопросам от моего невидимого собеседника. По крайней мере, он понимал намного больше моего во всей этой странной истории, пока мой одурманенный потерей сознания мозг спал.
«- Ты себя помнишь, дура?» - Нетерпеливо вызверились с вполне мужскими интонациями, заставив меня заинтересованно задуматься.
- Себя?! – Я вскинула голову, снова посмотрела по сторонам, хотя смотреть было явно не на что, и мешком рухнула на лавку от накатившей слабости. И едва не взвыла от того, что больно ударилась головой и плечами о доски жесткой лежанки, покрытой только тонкой простыней с куцым тощим валиком, принужденным служить мне подушкой.
«- Только попробуй снова отключиться!» - Гаркнули на меня в очередной раз, заставив поморщиться от появившейся боли в области затылка и висков.
- Харон, я не в состоянии тебе сейчас противостоять. Дай спокойно помереть, а? – Взмолилась я и настороженно замерла. До меня только что дошло, что за слова я произнесла. Мой визави тоже молчал, видимо переваривая мое словоизлияние.
А уже спустя секунды сумбурные воспоминания затопили и без того мой больной и ушибленный мозг, заставив мучительно застонать и сдавить руками пытающуюся взорваться голову. Скрючившись на лавке, я откатилась поближе к стене, прижалась пылающим затылком к ее холодной поверхности, и постаралась отключить самые яркие и болезненные моменты моего незапланированного перехода.
«- Я думал, ты не помнишь?» - Харон снова стал насмешливым, очень быстро придя в себя после свалившегося на него потрясения, и не в меру, при этом, наглым.
- Где уж тут не будешь помнить, - простонала я, не став переходить на мысленную речь. Все равно никого нет. Да и никого из здешних монашек не интересует, кто каким образом сходит с ума. Практически все обитатели этой забытой людьми и богами древней обители так или иначе сумасшедшие женщины, вынужденные жить под одной крышей, как и их охранники. – Твои крики не услышит только что глухой. Откуда ты вылез? А? Я же тебя…
«- Хм, убила, не так ли? - Харон неприятно хмыкнул, создавая у меня на спине целый ворох мурашек, и меня снова едва не накрыла паника и очередное забытье. – Стоять. Не смей исчезать».
В резком голосе моего мучителя проявились панические нотки. Странно, не находите? Обычно Харон только рад моему невменяемому состоянию или нет? Тьфу, запуталась.
- Ох, - с трудом не уплывя в несознанку, я перевернулась на живот, и меня мучительно стошнило в кем-то заботливо подставленный таз.
Если честно, даже радоваться не получилось. Плохо оказалось неимоверно, и я прокляла так не вовремя, проявившегося Януса, поспешившего меня воскресить из небытия, вернув к аховой действительности.
«- Фу! – Как хорошо, что Харон всегда был брезгливым. Не выдержав моих страданий, он убрался из моего с трудом сейчас переваривающего его наличие мозга, растворившись до лучших времен где-то на задворках обширной территории моего разума.
Отплевавшись от рвоты, я устало положила голову на куцую подушку и закрыла уставшие от дневного света глаза. Благодаря своевременному вмешательству Харона, я окончательно все вспомнила. Только сейчас совершенно не хотелось думать о создавшемся критическом положении, и каким образом из этого безвыходного положения выбраться. Вот уж обрадуется Коэн, когда его настигнет известие о моем чудесном водворении в монастырь, о стенах которого, для моего лучшего укрытия, этот король так долго мечтал.