Тяжело вздохнув, я вернулась в настоящее. Вокруг по-прежнему было тихо, спокойно, сонно. Проверив снова самочувствие Гидеона я, наконец, отправилась на второй этаж. Вот уже пару дней я со спокойной совестью оставляла проводника в одиночестве, отдавая предпочтение теплой кровати.
несколько дней метель унялась, выглянуло красочное, по-зимнему яркое солнышко, говорящее о том, что скоро зима сдаст свои позиции. Я тоже не стала задерживаться у гостеприимных хозяев надолго. Холода я не любила, но мой образ жизни не позволял мне останавливаться на длительную зимовку в одном месте. Распрощавшись с радушными домочадцами, проверив Гидеона в последний раз, я собрала свои немногочисленные вещички и ушла дальше.
Глава 4. Тревожные вести
Как же я люблю позднюю весну и самое начало лета, когда деревья еще стоят окутанные ароматами клейкой смолы, а листья сплошь яркие, нежные, зеленые, пахучие и молодые, омытые чистой росой. Когда хочется стоять, забыв обо всем на свете и вдыхать ароматный благоухающий воздух, словно проникающий внутрь, в самую душу, в самую суть. Когда солнце, нежное, местами робкое, застенчивое, игривое; местами яркое, резвое, мягкое. Когда так громко стрекочут кузнечики, летают тяжелыми бомбочками майские жуки, резвятся очаровательные бабочки, а вода в озерах и реках холодная и кристально чистая после схлынувших весенних паводков. Когда воздух дрожит от прозрачности, кажется, дотронься и он зазвенит. Когда хочется смеяться без причины, когда перестаешь думать о прожитых годах, когда все окружающее кажется прекрасным и величественным, когда сбываются самые потаенные мечты.
Я шла по лесной дороге, радуясь, утру, солнцу, весне, деревьям вокруг, легкости дорожной котомки за плечами, скорому окончанию пути. Меня ждал последний переход, прежде чем я вернусь в свою маленькую избушку на краю леса, и заброшенного среди бескрайнего мира села. На моем пути оставался лишь один мало-мальски крупный городок, где мне предстояло зарегистрироваться и найти нескольких клиентов для получения подтверждения нахождения в городке. Горная область оказалась довольно масштабной по продолжительности, хотя как раз численностью населения не особо располагала.
Направляясь к городку Марону, я надеялась пополнить лекарскую сумку необходимыми мне травами и сборами, коими поиздержалась по дороге. Весной по нескольким районам прошел мор, покосивший крупный рогатый скот и мне пришлось заниматься вплотную их спасением. Я знала, в городке есть префект, который подпишет мои бумаги и может, подскажет, где можно найти необходимую мне клиентуру.
Еще в середине весны я отказалась от полюбившегося мне образа старушки в годах, вернувшись к истинному виду, так как энергетические показатели восстанавливались медленнее, когда мне пришлось тратить силы на поддержание иллюзии и к тому же нашлись люди, на которых моя качественная иллюзия не влияла никоим образом. Из-за опасения ненужных сплетен, пришлось лишь частично корректировать внешность, особенно когда приходилось расхаживать по дорогам крупных немногочисленных городов.
Сейчас я выглядела немного моложе своего истинного облика и напоминала служанку, идущую на наем. Свои отросшие волосы я спрятала под косынку, а тело упаковала в простое платье до щиколотки теплого коричневого цвета, с расшитым цветочным орнаментом лифом, из-под которого виднелась белая легкая льняная рубашка с круглым воротом, присборенным у горла и длинными пышными рукавами. По случаю погожего денька туфли я сняла и шагала босиком, совершенно не опасаясь простудиться. Перекинутая через плечо, видавшая виды холщевая сумка, била по бедру, но к этому я уже привыкла и не обращала внимания на временное неудобство. Оружия, кроме короткого кинжала, больше приспособленного для сбора трав и раскапывания корешков, я не носила, да и пользоваться не умела. На широкой двойной юбке я нашила в свое время множество карманов, в коих носила наиболее важные сборы, ингредиенты, сушеные травки, притирки и прочую дребедень. Где-то здесь разместился и тощий кошель с деньгами. Внешне я выглядела лет на 22-25, практически мой истинный вид. Идеально красивой я себя не считала, но иногда позволяла забыть прожитые годы и окунуться в беззаботную юность. К сожалению, с каждым прожитым годом подобные желания у меня появлялись все реже и реже. И не только из-за испорченного отрочества и молодости. Я всегда считала себя ответственной молодой женщиной, не способной на глупости.
Однако даже в простых нарядах я выглядела аристократкой, хотя и пыталась изжить подобный минус в свете моего теперешнего кочевого образа жизни. Мне очень шли головные уборы, потому я не чуралась платков. Идя по лесной дороге, я наслаждалась тишиной, покоем, одиночеством.