Конечно, молодая красивая девушка не должна расхаживать по дорогам одна, но я не простая девчонка из местного села. Сейчас я, конечно, утратила былой лоск и налет помпезности, но все равно, несмотря на пыль дорог, умудрялась ухаживать за собой. Мое лицо с классическими чертами обветрилось и потемнело от солнца, а руки шелушились от постоянной работы с травами и зельями, да и ходить босиком я любила. Отец бы в обморок упал при виде того, во что превратилась его нелюбимая дочь и как это она бережет нашу родовую честь. Он ни разу не подошел ко мне во время процесса, не приходил в тюрьму, не пытался связаться с каторжанкой. Единственная уступка – документы на апелляцию и то под давлением обстоятельств под именем личный советник короля Гордон Грий.
К городку, вернее к зажиточному предместью я подошла уже в сумерках, а потому не стала спешить за каменные стены, решив остановиться в ближайшем постоялом дворе. Однако свободных мест в единственном в округе постоялом дворе не оказалось, по случаю ярмарки местного значения, совпавшего с религиозным праздником. Странствуя по городам и весям, я совсем упустила из виду праздники, которые старалась обходить стороной и отсиживалась в деревнях или на хуторах, пока те не проходили сторонкой. С другой стороны мне необходимо было попасть в город именно сейчас и не позже. Находясь в дороге меня, догнало письмо, переданное через посыльного голубя от Гордона Грия, в котором тот извещал меня о том, что будет ждать в своем поместье, расположенном неподалеку от моего последнего городка. О чем тот желал со мной поговорить, осталось загадкой, но по манере изъясняться даже в письменной форме, было ясно, если я не появлюсь, меня просто сотрут в порошок.
Зато мне повезло в том, что я уже в переполненной людьми таверне, где собралась поужинать с горя, нарвалась на женщину, которая рассказала, что здесь в предместье есть работа именно для меня. Что доподлинно произошло в доме, куда меня направили, никто толком не помнил, из-за давности произошедшего, только вот уже в течение двух лет там болеет хозяйская дочь. Кого только не приглашали к девочке, все без толку. Даже местных магов, но те ничего не нашли и вынесли вердикт, что вся болезнь от меланхолии.
Женщина, рассказавшая душещипательную историю, даже вызвалась проводить меня и на вопрос об уместности моего появления в том доме, заверила, что мне только рады будут. Не став долго противиться, я приняла приглашение. И впрямь, едва я оказалась на пороге указанного дома, меня тут же, без лишних слов, проводили к хозяйке. Та встретила меня в кухне, в переднике, со скалкой в руках. Узрев на пороге непрошеную гостью, она сначала недоуменно воззрилась на меня, потом заметила мою проводницу и на мгновение, побледнев, едва не осунулась тут же рядом с кухонным столом, на котором она раскатывала тесто. Увидев неадекватную и бурную реакцию на свое появление, я только ошарашенно раскрыла рот, но ни слова не промолвила, так как женщина как раз пришла в себя.
- Я же говорила, что приведу. – Победно хохотнула моя проводница и тут же исчезла с наших глаз, оставив нас вдвоем.
- Здравствуйте, - хозяйка дома на удивление быстро пришла в себя, пусть и немного заикалась от непонятного волнения, - вы уж не обессудьте, что встречаю на кухне, среди сдобы, к празднику готовимся.
- Я не привередливая, - пожала плечами, с интересом рассматривая эту еще молодую, довольно миловидную женщину. – Я так понимаю, что меня здесь ждали?
- Да, госпожа, - женщина пришла в движение, засуетилась.
Обтерев руки полотенцем, предложила кресло подальше от пирогов, принесла заваренный душистый травяной сбор, потом переминаясь с ноги на ногу, стала рассказывать. Оказалось, ей и впрямь подсказали мое появление. Где-то полгода назад в их доме ночевал постоялец из важных господ, и, видя бедственное положение женщины, описал мою точную внешность, даже назвал имя и точное время появления неподалеку. Кстати, он даже оставил письмецо мне, которое хозяйка через минуту и вручила. Понимая, что если ее дочка болеет два года, то подождать пару минут сможет, я вскрыла письмо. То оказалось коротким, так, простая записочка от вездесущего Гордона.
«Привет, знахарка. Не удивляйся, но думаю, здесь помочь сумеешь только ты. Я не разобрался. Помоги, я буду тебе признателен. Соня, дочь моей няньки и я уповаю на твою природную склонность к добрым поступкам. Тебе все равно нужна практика, а людям облегчение. Гордон Грий».
Покачав головой, я посмотрела на замершую статуей Соню.