Я даже не смогла сопротивляться, когда меня, обмякшую и едва не теряющую сознание от нехватки магической энергии, подхватили на руки и куда-то быстро поволокли.
- Ты вкусссная, - пропели у меня над ухом.
- Я тебе не еда, - рыкнула я, отшатываясь подальше от ужасающего лица, приблизившегося ко мне.
- Ссскоро будешшь, - эта скотина еще и издевается.
Закрыв глаза, я снова обмякла на чужих руках. Отвернув голову в сторону от смрада, который исходил от, уже начавшегося преображаться вендиго, запоздало задумалась о собственном спасении. Погибать от рук этих охотников до халявной энергии совершенно не входило в мои планы по осуществлению жизненного пути. Кроме досадной помехи в виде каторги, я не собиралась отдавать концы в ближайшем будущем, которое так не милосердно приблизили два неадекватных человека.
Наконец меня куда-то принесли и без лишних церемоний сгрузили на холодный пол, словно я мешок с картошкой. Решив особенно не сопротивляться, поспешно открыла глаза и резко села. Меня шлепнули на пол, в непосредственной близости от нарисованной, сложной по своей задумке, пентаграммы. Прищурив глаза, внимательно прошлась по безупречным линиям, а потом возмущенно подняла голову, встретившись с насмешливым взглядом примара Долореса.
- Вижу, - примар не собирался открещиваться от авторства сего произведения, - поняла.
- Что он вам пообещал?! - Я едва сдерживала эмоции, рвущиеся наружу. - Или вы считаете, что став единожды вендиго, можно обратить все вспять? Заблуждаетесь! У него нет таких способностей, да и желаний тоже!
- Может, и нет, - примар покладисто кивнул, внимательно следя за мной и яростью, которая клокотала во мне, - эта возможность есть у тебя.
- У меня?! - Я сорвалась на крик, а потом резко замолчала. Сглотнув, застрявший в горле комок, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь привести свою нервную систему в норму. Когда я снова заговорила, от былой ярости не осталось и следа. - И ваш сын примет женское обличие? Поздравляю, вы смогли подобрать ключик к жадности моего отца.
- У него есть желание приобрести наследие, у меня - избавить сына от напасти. - Долорес чуть заметно улыбнулся, приветствуя остроту моего ума, и скорость разгадывания заданной загадки.
И тут в голове снова помутнело, заволокло туманом ярости, злости и неистовства. Нет, только не это! Едва не потерявшись в нахлынувших непрошенных эмоциях, которые недавно только удалось утихомирить, я сжала руками готовую взорваться голову и едва слышно завыла на одной низкой ноте. С огромным трудом мне удалось прекратить буйство в черепной коробке и с трудом пробиться на поверхность, отогнав помутнение. Ощущая себя так, словно меня нещадно топили и, поежившись от нахлынувшей слабости и холода, проникшего под легкое атласное платье, я снова открыла глаза, мгновенно заболевшие от ударившего по ним света, исходившего от активированной пентаграммы. Оказалось, пока я пыталась справиться с эмоциями, вышедшими из-под контроля, мои похитители не теряли времени даром и подготовили все для проведения таинственного обряда.
Вытерев стекающий по виску неприятный и липкий пот, я вскинула голову и оглядела помещение, в котором оказалась немного и по своей вине. Меня не просто сгрузили на пол, а поместили на один из углов пентаграммы, как непосредственную участницу. На остальных шести углах семигранника уже лежали едва живые тела ранее порабощенных магов, силы которых нещадно использовались для подпитки вендиго и предотвращения его полного преображения в вечно голодного монстра.
Да, я из всех магически одаренных являлась наименее использованной. Конечно, и меня лишили толики магической силы, дабы предотвратить непредвиденные манипуляции с моей стороны, совершенно не нужные на данном этапе.
В помещении, скорее всего, подвальном, было темно и прохладно. По моим обнаженным и покрывшимся потом после приступа помутнения рассудка, плечам и спине, прошелся неприятный холод, мгновенно лишив любого комфорта пребывания в этом странном месте сосредоточения силы. Не удержавшись, я поежилась и машинально потерла мокрое от пота плечо, вызвав чей-то ехидный смешок.
Не став оглядываться в поисках этого весельчака, я более внимательно присмотрелась к разгорающейся пентаграмме. Да, кто-то постарался на славу. Не пожалел ни мела, ни воображения, хорошенько приправленного колоссальными знаниями. Не учел только одного - моего категорического нежелания расставаться с наследием, доставшимся от матери, да еще одной ошибкой. Увлекшись просчитыванием всех учтенных в пентаграмме линий переброса, я чуть наклонилась вперед и подсела поближе, едва не на пальцах проверяя правильность всех положений. Если честно, подобный вид пентаграммы, учитывающей практически все лазейки, мне не встречался. Кто-то крайне тщательно изучал не только мою родословную, и не поленился применить свои знания на практике, рассчитав подробную пентаграмму, но и сумел впарить ее моему отцу, выменяв на чужую жизнь.