- Не зря же я прошла обучение в академии, да и полевая практика не пропала даром, - я поморщилась от коробившей меня близости предателя, - заказчик решил подстраховаться? Или очищаешь резервуар заранее? Неужели сможешь провести одновременно двойной обряд по переселению душ? Этого не хватит, можешь не сомневаться в моих словах, даже при наличии настоящего гениального построителя подобной сложности пентаграмм и семиграмм.
Моя тирада не прошла даром. Мужчина недовольно скривился, не скрывая досады. Видимо и ему приходили подобные мысли и не в связи с прорисованной пентаграммой с наложенным на нее вектором перераспределения энергий, здесь все было предельно просто и правильно, не считая нескольких маленьких нюансов, связанных с линиями матери и несколькими точками привязки моего прошлого. Сама по себе пентаграмма и впрямь могла стать многофункциональной, и перенастроить ее не составило бы труда, только для выполнения поставленной задачи явно небольших сил чародея, магия которого заточена совершенно под другим углом, не хватит для осуществления задуманного грандиозного плана. Получается, кто-то должен помогать примару. Вот только кто? В небольшом помещении кроме замершего где-то в полумраке вендиго, неподвижных жертв, да самого примара и меня никого не было. Слуги, принесшие тела и разместившие их на лучах пентаграммы, благополучно отчалили по своим делам, не собираясь помогать своему работодателю.
- Есть соображения? - Примар собрал свою волю в кулак и снова превратился в довольного жизнью человека.
- Я не собираюсь тебе помогать, по крайней мере, добровольно, - пробурчала я, когда эта идея оформилась в моем мозгу.
- А твое согласие не потребуется. - Толстые мясистые губы примара растянулись в довольную ухмылку. Этот человек явно не недооценивал мои возможности.
- Я не артефактник и не специалист по обрядам. - Я по-прежнему гнула свою линию.
Мои слова вызвали на губах мужчины наглую улыбочку:
- Мне останется только руководить тобой.
- Древян побрезговал явиться лично? - Перевела я разговор в другое русло, подальше от неприятного расклада.
- Его присутствие не оговаривалось. - Ответили мне, не скрывая причастности к этому обряду отца.
- Надеюсь, вы не родичи с его стороны, а то как-то неприятно знать о существовании целой коалиции, направленной на мое уничтожение. - Я недовольно скривилась, не зная, что сделаю, если вдруг придется услышать положительный ответ.
- Нет, - Едва облегченно не выдохнула, но смогла сдержать эмоции и сохранить лицо, - в родстве мы не состоим.
- И на том спасибо, - подвела я итог нашему разговору.
- Не расстраивайся, - Примар понимающе ухмыльнулся, - больно не будет. И к тому же твои обширные резервы смогут вместить не только душу моего сына.
- А?! - Замерев, я подозрительно уставилась на чародея, не зная как реагировать на подобный выпад с его стороны.
- Думаю, пора, - не став развивать свою мысль дальше, примар выпрямился и, развернувшись, отшагнул от меня на несколько шагов.
Неестественно выпрямившись, мужчина вскинул руки перед собой и начал читать заклинание, способное напитать нарисованную пентаграмму силой и энергией. Я поежилась от очередного порыва сквозняка, пробежавшего по моим обнаженным плечам. А может это нервное напряжение решило вылиться в холодовые ощущения.
Тем временем едва слышимый речитатив стал давать свои плоды. До того момента обычные, прорисованные мелом запутанные между собой линии вдруг дрогнули и стали наливаться, постепенно становясь ярче и четче. А через минуту пентаграмма вспыхнула ровным беловато-молочным светом, четко отчертив свое местонахождение, но и окружив контуром всех присутствующих жертв, постепенно разгораясь сильнее. Свет, струящийся по линиям, медленно разгорался, набирал силу. Линии на полу задрожали и марево, соблюдая все контуры, начало устремляться вверх, отрезая непосредственных участников обряда от внешнего мира. Я, с неспешной ленцой стороннего наблюдателя, следила за чародеем, взявшимся за осуществление практически непосильной для него задачи. Хотя надо отдать должное его напору, примара хорошо обучили и показали основные сюжетные стороны обряда.
Контур вокруг меня вспыхнул последним, и рос, превращаясь в стену мерцающего кокона, намного медленнее. На мгновение в поле моего зрения показался вендиго, смазанной фигурой мелькнувший впереди и материализовавшийся рядышком с примаром. Высокая тощая фигура склонилась над маленьким Долоресом. Между ними произошел какой-то разговор, и тут помещение буквально взорвалось яркими вспышками открывающихся многочисленных порталов, из которых стали появляться хорошо вооруженные люди, окутанные едва заметной в дрожащем воздухе, защитой. Они рассыпались по помещению, заняв оборону и практически правильно определив угрозу в виде активизировавшегося вендиго. Сидящая за световой защитой и не имеющая ни какой возможности помочь, я просто наблюдала за завязавшимся боем между вендиго, подключившимся чародеем и людьми правительства, пришедших на помощь одной идиотке-каторжанке. Чьи это люди, я даже не сомневалась. Гордон Грий вряд ли допустил бы в свой департамент кого-то постороннего, так что мне даже молиться не требовалось, чтобы его увидеть.