– Собственно, вот…
Семен отмахнулся, словно эксперт предлагал ему протухшую колбасу:
– Что «вот»? Хирург, не томи, прошу, времени в обрез. Давай своими словами.
Хирург откашлялся, словно не был готов устно отвечать на вопросы.
– Ну что… смертельное ранение в шею. Орудие убийства – острый предмет, нож или скальпель. Тело погибшей мумифицировалось, признаки разложения минимальны…
– А почему оно высохло? – задал вопрос Семен.
– Хорошие условия содержания, так сказать, – объяснил эксперт. – Сухо, прохладно, сосновые опилки…
Капков осторожно склонился над погибшей. Содранная со вскрытого черепа кожа, словно пергаментная маска, закрывала лицо усохшей мумии.
– Как вы уже знаете, это женщина, – продолжил Хирург. – Примерно от 18 до 30 лет. Рост – выше среднего, около метра семидесяти – семидесяти трех.
– Почти как у буйной нашей, – вставил Антон.
– …других повреждений при исследовании не обнаружено, – монотонно вещал эксперт. – Следов секусуального насилия также не выявлено, но здесь однозначно сказать нельзя, учитывая, сколько времени прошло с момента наступления смерти.
– Когда наступила смерть? – спросил Капков напряженно.
Эксперт пожал плечами.
– Трудно сказать однозначно, мумификация ведь полностью завершилась. Но я так полагаю, порядка двух лет она там точно провела.
Антон посмотрел на Семена:
– Может быть, ее сестра-близнец потому и не заходила в социальные сети? И все это время лежала себе тихонько в вентиляции с перерезанным горлом?
Капков ничего не ответил, задумчиво разглядывая труп.
Хирург снова кашлянул, словно желая привлечь внимание следователей:
– Если есть живой близнец умершей, то ДНК у них практически идентичны… Ко всему прочему, рентгеновское исследование также дает достаточно точную идентификацию. Но лучше все-таки провести ДНК-анализ. И, кстати, необязательно брать для этого кровь. Это могут быть волос, слюна, ну и…
– Я в курсе, – прервал эксперта Семен и повернулся к Антону:
– Пойду навещу ее.
– Я тоже, – подумав, сказал Морозов.
– Егорыч, спасибо, – поблагодарил на прощание Капков. – С меня причитается.
Эксперт проводил их взглядом и направился к умывальнику.
– Ты что, действительно допускаешь, что это могла быть сестра нашей подопечной? – спросил Капков.
– Семен, ты же сам меня учил, что нужно рассматривать все версии, – сказал Антон. – Даже самые невероятные и нелогичные.
– Тогда зачем она сама привела нас к трупу? Не вяжется что-то.
Морозов молча покрутил у виска пальцем. Капков искоса взглянул на следователя, но ничего не сказал.
Так же молча они поднялись на второй этаж, остановившись возле раздевалки.
– Она, наверное, проголодалась, – сказал Капков, глядя, как Антон засовывает ключ в замочную скважину.
– Добрый ты, Семен, – обронил Морозов, открывая дверь. – Она у тебя в кабинете столами швыряется, а ты…
Он замер на полуслове, неверяще глядя на пустую раздевалку.
Взгляды мужчин одновременно устремились к настежь распахнутому окну.
– Черт! – вырвалось у Морозова.
– Вот тебе и черт, – пробормотал Семен, бросаясь к окошку. Выглянув, он успел заметить знакомую фигурку в толстовке с накинутым на голову капюшоном. Доля секунды – и беглянка скрылась за уголом здания.
Следователи переглянулись.
– Как в сказке про Колобка, да, Антон? – с усмешкой произнес Капков.
Морозов выругался сквозь зубы.
Она плохо помнила, как снова оказалась у Дома.
К тому времени уже смеркалось, и он напоминал Кате исполинскую древнюю черепаху. Старую, злую и голодную черепаху, которая спрятала свою чешуйчатую голову в панцирь, но одно неосторожное движение, и она вынырнет наружу, ухватив пастью свою зазевавшуюся жертву.
Сонные окна Дома тускло мерцали, словно внутри зажгли свечи, рассохшаяся дверь медленно приоткрылась, будто приглашая девушку внутрь.
С трудом поборов охватившую ее панику, Катя глубоко вздохнула и вошла внутрь.
– Попытка номер два, – чуть слышно проговорила она. – Я не отступлюсь…
Она медленно шла по коридору, бегло касаясь рукой поверхности стен. Подушечки пальцев ощущали их шероховатую поверхность, вызывая ассоциацию с крупным наждаком. В какой-то жуткий момент Кате почудилось, что стены пульсируют, выпячиваясь и прогибаясь внутрь, словно огромное, тяжело дышащее живое существо, и она резко отдернула руку.
Наконец Катя оказалась в той самой комнате, откуда в тот раз попала на бесконечную темную лестницу.
«Я должна, – твердила она про себя, маленькими шажочками приближаясь к крошечному отверстию. – Должна убедиться… что она там…»