– Как? – выдохнула Дилан.
– Ты уже знаешь, как работает это место. Надо лишь найти дверь.
– И где искать?
Вопрос сорвался с губ Дилан прежде, чем Элиза закончила говорить.
Старушка поразилась ее рвению, уголки ее рта дернулись.
– Любая дверь подойдет.
– Что? – Голос Дилан прозвучал резко и нетерпеливо. – Что вы имеете в виду?
– Тебя туда отведет любая дверь. Дело не в двери, а в тебе.
– Это неправильно. – Дилан покачала головой. – Если бы туда вела любая дверь, все бы пытались.
– Нет, не пытались бы, – возразила Элиза.
– Конечно, пытались бы! – взорвалась Дилан. Она начинала злиться, ей казалось, все это – пустая трата времени.
– Нет, – повторила Элиза. – Потому что, когда большинство пытается открыть эту дверь – и ты права, многие пытаются, – каждый раз, как они пытаются открыть дверь, она сама запирается.
– Все дело в этом месте, – прошептала Дилан. – Оно как тюрьма – не отпустит тебя.
Элиза покачала головой.
– Знаю, многие не хотят уходить, – продолжила Дилан, – но оно должно позволить им, если они этого хотят.
– Ты не права, – сказала Элиза. – Дело не в месте. А в душах, они сами себя останавливают.
– Как? Почему?
Дилан пересела чуть ближе.
– Они не хотят уходить. Нет, не совсем верно. Они хотят уйти, но больше всего им не хочется умирать. Где-то глубоко внутри они знают, что обратный переход, скорее всего, станет для них смертью, и эта мысль их останавливает. Потому что они знают – если потерпеть, они снова встретятся со своими любимыми. Они не могут рискнуть, попытаться и потерпеть неудачу.
Дилан расслышала предупреждение в ее словах. Но Элиза не понимала, что никакое ожидание не вернет ей Тристана.
– Тогда как открыть дверь?
Элиза расставила руки, словно ответ очевиден.
– Ты должна хотеть вернуться больше, чем хочешь, чтобы твоя душа выжила.
Дилан задумалась. Так ли было? Она считала, что да. И, судя по всему, ей ничего не стоит попытаться открыть дверь и выяснить. Но даже если она вернется в пустошь, что тогда? Как ей найти Тристана среди всех этих шаров и душ? Она сомневалась, что здесь Элиза сможет ей помочь. Появлялась ли когда-нибудь душа, желающая воссоединиться со своим проводником? И что она будет делать, когда его найдет? Дилан было все равно – придут они с Тристаном сюда или вернутся в реальный мир. Даже если будут жить в пустоши. Она вздрогнула от мысли, что снова встретится с демонами, но согласилась бы на такое, если бы после этого смогла быть с Тристаном. Элиза вздохнула, чем обратила на себя внимание Дилан.
– Всегда именно молодые хотят вернуться, – пробормотала она.
– А вам не хотелось? – спросила Дилан.
Элиза покачала головой, глаза потемнели от горя.
– Нет, девочка. Я была старой, знала, что мне недолго ждать, когда присоединится мой муж.
– А где он? Он здесь? – Дилан задала вопрос и только потом поняла, как грубо он прозвучал.
– Нет. – Тихий голос Элизы почти сошел на нет. – Нет, он не пересек пустошь.
– Мне жаль, – смущенно пробормотала Дилан.
Элиза замкнулась, к глазам подобрались слезы, но потом она словно пришла в себя, выпрямилась и шмыгнула носом.
– Полагаю, ты хочешь знать, что случится, когда ты пересечешь пустошь в обратную сторону, – сказала она.
Дилан пожала плечами. Она не хотела возвращаться к своей прежней жизни почти так же, как и оставаться здесь. Но будет странно, если она не выкажет интерес. Она не была уверена, что готова озвучить Элизе свои истинные намерения. Рассказать ей – это не значит рассказать Джонасу.
– Я слышала… – Элиза снова попыталась объяснить Дилан, чем она рискует, – что, если доберешься до тела, можно забраться внутрь.
– Оно все еще будет на месте? – Дилан ужаснулась, забыв на мгновение, зачем пришла. – Естественно, его забрали. Мама похоронила меня. О господи, я же не полезу в гроб? А если она меня кремировала?
Последние слова она провизжала из-за паники и отвращения.
– Дилан, время остановилось. По крайней мере, для тебя. Твое тело будет там, где было.
Дилан кивнула, принимая эту информацию. В голове формировались планы. Она видела, как гребет по озеру, пересекает равнину по тропинке. Подумала о кроваво-красной земле, опаленном небе, но даже эти ужасающие картинки не могли изменить ее решения. Она знала, что попробует. Как-нибудь откроет эту дверь и попытается выбраться. Она найдет Тристана. Она позволила себе робко улыбнуться. И, подняв голову, заметила, что за ней наблюдает Элиза.
– Есть кое-что еще, – медленно произнесла старушка. – Чего ты мне не рассказываешь.