«Прости», – мысленно шепнула Кёки и ударила Тима через личную связь.
Не ожидавший подобного предательства парень обмяк. Норвуд, стоящий рядом, успел сориентироваться и подхватил его. Кёки, по которой ударил откат поступка, лишь покачнулась, но на ногах устояла. Что очень удивило богиню. Нарушение клятвы было обязано довольно мучительно убить её. Хотя она довольно быстро разобралась в произошедшем.
Духи, боги, демоны и прочие инферналы клянутся своею сутью. Именно она наказывает за нарушение. Кстати, поэтому нечисть выполняет только букву договоров, в этом их суть. Кёки понимала, что бьёт в спину Тима для его же блага. Превращение в демона на глазах сотни людей убило бы его. Но богиня в глубине души осознавала, что выбрала не самый лучший путь. Во всём виноваты её чувство вины и ощущение бесполезности в последнее время. Ведь могла, вместо того чтобы тратить время на ностальгию, попытаться достучаться до парня. Или ещё проще – переместить его. Но сознательно избрала самый болезненный для себя способ. Как наказание.
И оно последовало. Не считая того, что сейчас она беглая слуга, Кёки вернулась к изначальной силе. Слабая воздушница с парой слабых способностей.
Хорошо, что Норвуд прекрасно понял ситуацию и лично проконтролировал обмен.
«А ты дура! И что собираешься делать дальше? Ведь теперь ты вне закона». Кёки хотелось плакать.
Геноске Току
Могучий, высокий и седовласый старик в строгом чёрном костюме, освещённый исчезающим за горизонт солнцем, стоял, словно статуя какому-то мифическому воину. Будто сигнальный столб на обочине дороги, которая вела от Стужеграда, Геноске провожал невидящим взглядом проносящиеся мимо него автомобили. Легковые, грузовые, фуры, автобусы и даже бронетранспортеры проносились с почти ощутимой аурой крыс, бегущих с тонущего корабля. А если обладать феноменальным слухом, то можно услышать грохот составов, убывающих с вокзала на другом конце города. Стужеград стремительно пустел, оставив в себе только магов и солдат, что служили Владистужевым и Нахтриттерам. Или сами были ими.
Только потомственного слугу Мейстеров мало волновала эта суета. Тем более именно его присутствие и спровоцировало эвакуацию. Старик в тысячный раз решал одни и те же вопросы.
Правильно ли он поступает? Не лучше ли бездействие, чем действие? Не обернётся ли его поступок большими проблемами, чем ожидание?
И в тысячный раз себе отвечал: правильно. Ведь маленькая богиня взяла на себя ответственность и стала изгоем. Может, это было не лучшим решением, но любое другое могло оказаться хуже. Переубедить просыпающегося демона снова утихнуть – это неимоверно трудная задача. А переместить совсем не значило, что монстр не сможет телепортироваться обратно. С этой стороны он никогда не испытывал силу господина. Как бы ни считал сам лорд, но Геноске был невероятно счастлив и горд тем, что именно он оказался его подопечным. Упрямый, любознательный, плюющий на все условности и правила. Способный прямо в лицо сказать правду и одновременно обмануть. Думающий на много ходов вперёд и поступающий согласно мимолётному импульсу. В общем, настоящий Дольмейстер. Честно говоря, более кукловод, чем многие до него. И главное, не видел он никого равному ему, кто сможет вернуть уходящее имя Мейстеров.
Поэтому сейчас он не видел лучшего выхода, чем устранить проблему самому. Иначе Тим обязательно пошёл бы с ним, и совсем не факт, что, вкусив крови, справился бы со своим внутренним зверем. Тем более господин уже полторы недели находится в коме, неустанно сражаясь за владение телом со своим демоном. И даже вид мерзавцев мог усилить чудище внутри. Значит, поступок Геноске верен.
Последствия? Здесь Старик пасовал, как и предки. Слишком изменился мир за последние пятьдесят лет. Далёкое стало близким, а близкое – далёким. Неважное вчера стало мерилом успеха сегодня. Когда-то без сомнений лояльное большинство стало требовать прав и внимания. И те, кто защищал, пожелали привилегий и почестей. Поэтому они не могли просчитать все факторы. Убоится или запаникует нынешнее поколение людей, наконец осознав, какая сила живёт рядом с ними? Вызовет страх, опаску или, наоборот, желание ограничить, уничтожить подобное явление? Не ступят ли нынешние слабые одарённые на путь саморазрушения в поисках собственной силы? Не объединятся ли с простым людом против первых семей? Или потребуют изгнать тьму из дома, как многие другие государства?