Старик следил «магическим видением», как враг, маневрируя среди развалин, оставлял ловушки. Мегалодон не забывал морозить всё вокруг для сокрытия минных печатей и одновременно для более быстрого и сильного плетения. Его маршрут, несмотря на извилистость, в общем направлении вёл к резиденции Владистужевых.
Побежал просить помощи, трус. Или ещё больше жертв. Ничем иным не могли быть объяснены сила и время пребывания чудовища в реальном мире. Как минимум судьба нескольких тысяч оставшихся жителей стала известна.
Впрочем, неважно. Геноске довольно рыкнул, когда восстановились зрение и нюх, а картина мира обрела целостность. Он начал плести вязь одного из самых мощных доступных ему заклинаний. Из всех десяти пальцев вырвались чёрные нити, что, следуя за его жестами, превращались в крупное огненно-тёмное ажурное яйцо.
Враг, ощутив дрожь магии, обернулся и взорвался десятком ледяных чар, от «игл» до «глыб» и «хищных пастей». Но выпрыгивающие монстры, куклы Старика, приняли удар на себя. Увидев бессмысленность своих атак, мегалодон принялся чаровать защиту.
Тем временем Геноске закончил свою печать. В воздухе зависло ажурное яйцо, сплетённое из чёрных нитей, внутри которого бился сгусток живого пламени. Маг взял невесомую на вид конструкцию в ладони, после свёл их вместе, заставив вязь распасться на сгорающие обрывки, а в его руках оказался птенец, созданный из красно-оранжевого пламени. «Призыв Феникса» – заклинание уровня грандмастера. На пределе сил для старого слуги.
Птенец стал быстро расти. Температура с увеличением размера феникса тоже поднималась. Воздух задрожал горячим маревом, битум под ногами расплавился и начал загораться. Кисти Геноске сгорели до костей, а плоть остального тела плавилась и одновременно регенерировалась. Создавалось ощущение восковой фигуры в микроволновке. За все требовалось платить.
Наконец феникс достиг размаха крыльев в несколько метров. Сам маг больше походил на скелет волка с чёрным шаром внутри, чем на живое существо.
«Сожги моих врагов!» – мысленно приказал Старик, подбрасывая огненную птицу.
Феникс взмыл, затем бросился в пике, остановившись в паре метров от земли, и полетел в сторону мегалодона, запекая всё вокруг себя до состояния магмы и вулканического стекла. Расставленные на пути мегалодоном ловушки превращались в безвредный пар. Заставив тварь панически вильнуть в сторону, огненная птица пронеслась мимо. Она стремилась к центру города, дворцовому комплексу Владистужевых.
Магический купол испарился, а ледяные стены расплавились, как масло под горячим гвоздём. Здания загорелись, затем раздался страшный взрыв, что встряхнул весь город. Рухнуло то, что до этого устояло.
Геноске переждал землетрясение в воздухе, куда взлетел перед взрывом. Он всё ещё восстанавливался, но крылья, глаза и нос регенерировал первым делом, поэтому с некоторым неудовольствием сморщился: вонь горящего города забивала чувствительные ноздри. А вот на почерневшую, но устоявшую центральную башню с Сердцем Замка он смотрел равнодушно. Хранилище Алтаря – это один из самых крепких объектов на Пратерре.
Что ж, от возможного удара в спину он подстраховался, следовало заняться акулой. Геноске отлетел в сторону, подальше от горящего следа феникса. Не то чтобы его беспокоило пламя, но даже маленький пустяк мог помешать задуманному. Потом нашёл остов здания покрепче, приземлился. Убрал крылья и сосредоточился на силе, что благодаря открытой ауре рассеялась почти по всему городу.
Старик ощутил около трёх сотен своих созданий из первоначальной тысячи. Масштабный бой, самоубийственные атаки на гигантскую акулу и крепость Владистужевых существенно проредили его кукол. Но для его плана хватало и такого количества.
Первым делом он растворил свою силу, скрывшись среди своих производных. Противник, осторожно продвигающийся к нему, растерянно застыл, в его магическом зрении вместо одного врага появилось триста. Следом Старик приказал всем выжившим тварям напасть на башню Кристалла, кроме ближнего к зданию десятка. Те спрятались недалеко от центральной площади в развалинах.
Тем временем чудовище Владистужевых «увидело» атаку на родовое гнездо и поспешило на помощь потомкам. А Геноске, укрепив связь с засадным десятком, начал понемногу вливать в них силу. Волк начал уменьшаться, сдуваться, как воздушный шарик, а куклы в развалинах, наоборот, увеличиваться, пока рост оборотня не достиг семи метров, а его созданий – четырёх. Само собой, дело не в размерах тела. Старик передал им магию. Теперь избранный десяток ничем не уступал монстру-акуле. Та, спеша на подмогу, бомбардировала множеством заклинаний спешащих на штурм башни его кукол. Но почуять неладное, перед тем как выскочить на площадь, успела. Впрочем, ей это ничем не помогло.