– Лорд Дольмей…
Я прервал её торжественную речь, схватил девушку за руку и затащил в кладовку. Защёлка громом ударила по моим нервам. Судя по искажённому страхом лицу старосты, её тоже напугал зловещий звук.
– Ты дура, Фумико! – яростно зашептал я, немного придя в себя и отпустив её руку.
Та вспыхнула, но, видимо, сообразив, что ничего такого я делать не собирался, пришла в себя.
– Лорд До…
– О-о-о, ты всё же дура, староста, – снова прервал я её. Только раньше и хлопнув себя по лбу.
– Ты урод, Дольмейстер! – разозлилась в ответ девушка.
Изумруд глаз потемнел, пространство с одной стороны потеплело, а с другой – похолодало.
– Ты портишь мою жизнь, гад! Если ты считаешь, что любая девчонка рада раздвинуть ноги перед тобой, то ты ошибаешься! Слабак, пользующийся незаслуженной славой! Вот кто ты! Ты ничтожество с огромным самомнением! Подлец, использующий свой…
С каждой её фразой температура одновременно поднималась и опускалась. Левая сторона одежды уже нагрелась, зато правая покрылась инеем.
«Ледяной дар у неё сильнее», – подумал я совсем не о том.
– Фумико, ты сейчас всё разнесёшь, – прервал я её отповедь.
В данный момент она отрицала свою симпатию к моим шуткам и комплиментам.
Староста прервалась на полуслове, ойкнула. А температура начала возвращаться к норме. Через пару минут всё вернулось в норму, включая обычную невозмутимость девушки.
– Лорд… – снова завела она свою песню, но теперь опускаясь на колени.
– Хватит, староста, – успел я её поймать. Культяпка не помешала. – Ты совсем дура? – рявкнул я. Имею я право. Меня только что изощрённо оскорбляли.
– Не трогай меня! – завизжала девушка, отбросив меня «толчком» в стену и швабры, что стояли у неё.
В дверь забарабанили.
– Пошли к демонам! – рыкнули мы в один голос.
– Послушай, староста, давай только без нервов. Согласна?
Девушка кивнула.
– Я знаю, что ты собралась сделать.
Она пожала плечами.
– Что?
– У-у-у, – провыл я, вставая. Всё будет сложнее, чем мне казалось. – Как я помню, ты разговаривала со мной по громкой связи?
Староста сначала покраснела, а после гордо задрала подбородок.
– И что?!
– А после нашла мою записку и поняла, как опозорилась, не поверив словам наследника клана-основателя.
– Я уже ошибалась, Дольмейстер, – холодно ответила Айяно, вернув былую невозмутимость. – Несмотря на мнение обо мне, я тоже человек.
– Вот именно, староста, вот именно. Ты ошибалась и не стеснялась принять наказание за промах.
– Меня… нас всех так воспитывали. Тебя тоже, Дольмейстер.
Надо же, человеку-компьютеру известно ехидство. Но в данном случае она не совсем права. Меня действительно так учили, но принял эти слова я только на Пратерре. На Земле надеются на закон, а не на справедливость. И дурачка, который будет жить по правилам чести, или убьют, или посадят, или отправят в дурдом. Ведь если соблюдать дух, а не букву, то оказывается, что кодекс противоречит написанным словам.
– Вот именно, староста, вот именно. Меня. И тебя учили не поступать сгоряча, а обдумать ситуацию со всех сторон.
– Ты достал, Дольмейстер. Я ошиблась, я признаю. Я не имела права обвинять тебя во лжи. Я не должна была тебя унижать при… моих друзьях, – покраснела девушка на последней фразе.
– Чёрт, ты безнадёжна, Фумико.
– Ещё одно оскорбление, Дольмейстер, и я забуду о том, что виновата перед тобой.
– Айяно, ты слишком зациклена на своей безупречности. Подожди, дай договорить, а после можешь прибить меня прямо тут. Согласна?
Кивнула она с заметной паузой, глядя на меня с подозрением.
– Ты зациклилась на себе, Фумико. «Я ошиблась, я ошиблась», – гнусаво поддразнил я её. – Я приказал тебе, староста. А когда ты нашла, то собиралась передо мной публично извиниться. Показав всем, что я имею право тебе приказывать. – Каждое предложение я сопровождал эмоциональным жестом.
Дурочка чуть не призналась, что я обладаю над ней властью.
– А теперь открываем дверь, ты мне даёшь пощёчину и гордо удаляешься. Никаких извинений и отличное объяснение случившегося тут, – обвёл я руками кладовку. – Подумаешь, известный хам и придурок решил воспользоваться ситуацией.
В оцепенении староста выполнила все мои указания. Пожалуй, только с ударом переборщила. Я улетел на пару метров по коридору, а гул в голове намекнул на то, что школу я сегодня пропущу.
Подняв гудящую голову, я понял, что кое-что упустил. Пусть староста не считалась красавицей, но была популярна. Ибо очень ответственно подходила к поручениям и много времени уделяла решению проблем школьников. И сейчас я ощутил немало ненавидящих взглядов. А ещё такие же имперские роды. Плюс пяток парней, что видят её своей женой. О-о-о, опля…