Такая розовенькая от смущения и гордая своей смелостью, она не отвела глаз. Я потянулся к её губам. Юна замерла, позволив себя поцеловать. Робкая, послушная и одновременно неумело пылкая. У меня немного сорвало крышу. Левая рука с талии переместилась ниже, ухватив за упругую попу. Правая попыталась стянуть с девушки пиджачок.
– Нет, – попросила она меня, отталкивая.
«Да», – ответил я мысленно.
В следующую секунду «воздушный кулак» с элементами льда пробил заранее поднятый мною «доспех воли», заставив меня выплюнуть кровь в полёте. «Молнию» я отбил «земляным щитом», всё равно словив удар электричеством, пробил свой «купол тишины». Мысленно попрощался с очередным телефоном (Беся вчера не подвела) и «полетел» в медкабинет. Позади трещали разряды молний и слышалось девичье:
– Дольмейстер, извращенец!
Где-то я её понимал: школьный сад – это не лучшее место для потери невинности. Кстати, она ошибалась. Я бы остановился.
На следующем уроке Юна вела себя так, словно ничего не было. Хотя одноклассники шушукались, ведь «купол» я снёс своей тушкой, и, думаю, вопли моей невесты слышало немало народа. Сам я обходил её по дуге: мало ли. И с Айяно решил пока не разговаривать, потому что боялся. Только другой реакции. Признаться ей, а ничем иным моё «мы не можем быть вместе» не могло быть.
В общем, струсил. А что такого? Я нормальный человек, и мне страшно подойти к самой красивой девушке и сказать ей, как она мне нравится. Вдруг она засмеётся и ответит: «Чего ты себе придумал, Дольмейстер?» Так что беседу я отложил. Тем более пример с принцессой показал, что мои аргументы не очень убедительны. Новые нужны, да и вообще разговор лучше спланировать заранее.
За моими переживаниями я не заметил, как уроки закончились. А на выходе из ворот школы меня уже ждали шесть человек. Лица серьёзные, нахмуренные. Кулаки сжаты, позы напряжённые. Разного возраста, происхождения и пола. Я аж зажмурился от удовольствия. Надо же, сработало!
– Лорд Дольмейстер, нам надо поговорить, – начала первой Кикко Кисейчу, единственная представительница женского пола во встретившей меня делегации. Самая мелкая и ростом (немного ниже полутора метров), и возрастом (всего одиннадцать лет). Но самая опасная из всех. Распущенные яркие рыжие волнистые волосы на белой фарфоровой кукле с красными губами и серыми, почти прозрачными глазами равнодушного убийцы. Так выглядела Кикко Кисейчу, самый сильный боец Первой императорской школы.
– Сразу всем? А на автобус не опоздаете? – не сдержал я своей натуры, показывая на жёлто-салатовую машину.
Хотя на самом деле мне они нужны так же, как и я им. Несмотря на разный возраст и пол, их всех объединяло кое-что общее. Все они учились по императорскому гранту, то есть за их учёбу платила семья Святозаричей. Не потому, что наш правитель особо милосерден, а потому что каждый из этих школьников обладал уникальным талантом. Та же Кисейчу в ранге ученика, единичка, владела двумя заклинаниями – «меч воздуха» и «меч огня» – на уровне магистра или даже гранда. А её третье коронное умение вообще не имело аналогов. Это был телепорт в незнакомой технике. Сначала она за доли секунд словно растворялась, исчезая во всех спектрах, а после то ли «рывком», то ли «полётом», то ли ещё каким неизвестным способом прыгала в пределах круга диаметром пятьдесят метров. При этом стены, «купола» и «сферы» не были ей помехой. Так что репутацией сильнейшего бойца Первой императорской школы девочка обладала не зря. Кстати, чемпион ПИШ – это равно чемпиону империи в возрасте до семнадцати лет. И она решила принести мне личную присягу.
– Ты нас отвезёшь, – безапелляционно заявила лучший боец, убирая мою улыбку.
– Верно, – не стал я спорить. – Пошли? – повёл я их домой, заметив выходящих из школы братьев.
Достал телефон, чтобы предупредить Мари о увеличенном составе на обеде. С грустью посмотрел на мёртвый «кирпич», отметив изумлённые взгляды парней, и убрал обратно в карман. Купить «империум», что ли? Реклама обещала защиту от заклинаний вплоть до мастерских. Конечно, если врежет Юна, то сомневаюсь, что хвалёное устройство переживёт её удар. По крайней мере, «доспех воли», по логике, крепче, чем многие защитные заклинания, только больно капризный и во многом зависит от степени угрозы и самого заклинателя. Мне не особо о защите в тот момент думалось, да и не считаю я её опасной. Подсознательно – тоже. И вообще, получил за дело.
Пока огорчался и решал насчёт нового смартфона, братья уже перезнакомились со всеми. А старший, не получив ответа от новых знакомых о цели визита, подступил ко мне. На свою беду. Их я отправил гонцами к матери. Насупившийся Макс не стал спорить и побежал, младший брат не отставал. Мы же всей хмурой компанией молча и не спеша последовали за ними.