Сначала думал отделаться многозначительным «таков план», но мне показалось это не особо убедительным аргументом. Поэтому сказал правду. О том, что не планирую штурмовать поместья, ибо не хочу повредить свою будущую собственность. А если я приму помощь всех желающих, то другого выбора, кроме штурма, у меня не будет. Ведь каждый житель бывших городов Мейстеров с удовольствием станет личным слугой. С учётом того, что в наших краях любимое занятие – это стезя наёмника, то это немаленькая такая армия.
В истории Пратерры тоже была своя Троя, только герой бросал личный вызов, а не звал друзей. Просто количество его личных слуг превышало количество осаждённых втрое. Так что испугавшиеся моего вызова Владистужевы и Нахтриттеры, которые по своим каналам уже пытались купить меня, – это нормальное явление, а не ужас перед древней фамилией.
Грамотное предложение Края «Старика» Норвуда о сотне-другой избранных бойцов я отмёл аргументом о том, что не успею понять, кто из нескольких тысяч лучший. Рекомендации и опыт – этих данных мало для тех, кого я хочу видеть рядом с собой. Ведь не на один бой принимаю людей.
Седой и крепкий мужчина согласно покивал головой.
– Верно, личное служение – это практически принятие в семью, а боевое мастерство – это не характер человека. Не каждый готов ломать шляпу, тем более хлебнувший доли свободного воина, – густым басом добавил он вслух.
Я вежливо ответил, что верю во всех своих земляков. Они знают, что такое честь и верность, но моя семья мала, поэтому трений, которые обязательно возникнут с новыми членами, не желаю.
Норвуд промолчал, но плечи расправились, и покаянное выражение лица исчезло, вернулись поза и уверенность в своих силах воина.
Мне понравился этот мужчина, даже не силой, а тем, с какой искренностью он переживал моё «нет». Это подкупало. А ведь личное служение – это не только финансовая стабильность и статусные привилегии, но и фактически полный отказ от своей семьи, а у него, скорее всего, и внуки уже есть.
Не удержался и спросил. Оказался прав. И вновь любопытство заставило меня задать, по сути, бестактный вопрос. Многое я принял в традициях Рассветной империи, кроме вот такой безоговорочной службы. Принятие долга только по факту рождения. Одно – во многом общая, абстрактная любовь к родине. Совсем другое – принятие её олицетворением конкретного человека, служение которому – это честь и высшая цель.
Край Норвуд удивился моему вопросу, но промолчал, не крикнув очевидного для него: «Как иначе-то?!» Подумал недолго, а после твёрдо и негромко начал речь:
– Коли забыть о неоплатном долге Норвудов перед Мейстерами, кои спасли ещё моего прадеда, и чести, коей удостоится тот, кто сможет выплатить хотя бы малую часть того долга, то остаются семья и дом. Хвала Мейстерам, с родичами всё хорошо, и хочется, чтобы так было всегда. Но коли не было бы вашей семьи, лорд, то значит, нужна сильная империя, чтобы никто не смел угрожать моей земле.
Но как обычному человеку это возможно сделать? Имперскую службу служить? Ну так видели… И заносчивых чинуш, и чванливых аристо, у коих в головах меньше, чем в заднице у простого работяги. Разве, служа таким людям, делаешь сильнее империю? Первые больше о своём кармане думают, чем о службе, а вторые подвигами грезят, устраивая бессмысленные мясорубки. Другое дело – настоящему лорду служить. Каждый глава на благо своей семьи работает. А сильнее род – сильнее империя. На первых фамилиях государство стоит.
В своём монологе он только на первых фразах был серьёзен, зато дальше не раз с хитрющей улыбкой подмигивал. Я улыбался в ответ, особенно насчёт чинуш и аристо: сам сталкивался во время службы в полиции. Не считая того, что я вечно одет не как настоящий аристократ, они думали, что я обычный мальчишка, слабак, которого не добили только потому, что никто не хочет забирать добычу у наших врагов. Забыв о том, что право ответа у меня никто не забирал. И лично ответить на вызов – это не то же самое, что цедить оскорбления сквозь брезгливо поджатые губы. За год моей работы начальство трижды сменилось.
Вспомнилось. Что не мешало размышлять о словах Норвуда. И кажется, я нашёл понятную мне аналогию. Служить лорду – это всё равно что служить какому-нибудь влиятельному генералу или политику, который при этом уже помогал твоей семье. Следовательно, даже если он и крутит свои гешефты, то не забудет и о подчинённых. Ещё приятно ощущать себя не мелким винтиком, но уже отвёрткой, пусть и для маленьких винтов.