— Людвиг, не знаю, знаком ли ты с Суратом или нет, но наверняка ты в курсе, кто он, — ответа не последовало.
— Сурат был единственным человеком, который меня оберегал и давал всё, что мне нужно, в любые времена, как бы ему ни было тяжело, но… — ответа не последовало.
— Он был убийцей, человеком, который убивает ради денег, ради меня. Но я никогда не хотел, чтобы так всё было устроено, — ответа не было.
— Ты, Людвиг, — плечи напряглись, — вроде бы такой же, как и он, но не совсем. Я бы сказал, ты немного даешь те ощущения, которые я получал от него, — не нашлось ответа, только зубы, что сжались ещё сильнее.
— Ты убил невинного человека, как и он. Как бы я ни чувствовал к вам отвращения, я ничего не могу с этим сделать, — плечи немного задвигались, неуютно.
— Я знаю, что так нужно было, и всё такое, но не в тот момент. Он не представлял нам угрозы. Сломай ты ему всё что угодно, кроме шеи, я бы понял и принял даже такое, но… — ответа не последовало.
— Смерть — то, что объединило меня с моим братом, человеком, которого я… — второй рукой я обхватил другое плечо Людвига,
— Ты, Людвиг, человек, который мне нужен как никогда. Ты пережил со мной то, что любые другие не смогли бы, — глаза немного намокли, а ком к горлу подступил всё сильнее и сильнее.
— Единственный, на кого я могу и вправду положиться за всю свою жизнь без страха, — это ты, — сжав зубы из-за того, что маленький ручей шел по носу, я продолжил.
— Как бы мы ни ссорились из-за пустяков или ещё чего, просто я хочу от тебя одного… — слеза свисала с кончика носа.
— Я не виню тебя. Но я боюсь... то что ты так же как и он, не оставишь мне выбора, кроме как отвернуться. — Посмотрел я на него усталыми глазами, с жалостью в них.
— Не заставляй меня ненавидеть единственного человека, который у меня есть, — капля ударилась об пол.
В этот же момент меня немного оттолкнул Людвиг, а его голова смотрела вниз. Мы стояли в тишине, глядя в пол, только шум города за окном давал ощущение живости.
Немного приподняв голову, я увидел его пустые глаза, полные грусти и тоски, и тихую просьбу от него:
— Ответь на мой вопрос.
В комнате повеяло холодом, но очень легким, еле уловимым. Но было еще одно — напряжение росло с каждой секундой, а лампочка над нами начала моргать.
Напряжение росло всё сильнее и сильнее, пространство плыло, а лампочка уже напоминала не вечно светящуюся, а будто бы старый кинопроектор, и всё быстрее и быстрее мерцания.
А холод из окна падал вниз. Я не уверен, что происходило вокруг, но паники не было — было только стойкое ощущение нереальности происходящего. Но чувства были вполне реальными.
И когда, вроде бы, мерцания достигли пика, лампочка попросту лопнула, и я видел силуэт на фоне окна с огоньками, с светящимися голубыми глазами Людвига, который уже смотрел мне в душу. И я ответил на вопрос, понурив голову:
— Не нравится, — да, только это мне пришло в голову после его просьбы.
И звонкие шаги прошли мимо меня, и всё пришло в норму.
Людвиг далеко не такой, как Сурат — даже сравнивать их было глупо.
Я же медленно пошагал к окну, в котором играли огоньки города.
Облокотившись на прохладный подоконник, я прислонил лоб к холодному стеклу, наслаждаясь видом из окна и теми небоскребами вдали, которые возвышались над всем остальным.
Да, закончу со всем этим и замутим приключения туда… А захочется ли мне обратно — я не знаю.
30 Глава - Пойми же ты
Я стоял перед освещённым солнцем складом, пока бриз слабо развевал мою ветровку. Старое здание впереди меня, в которое мне так не хотелось заходить, казалось ещё больше, чем раньше.
Чайки как обычно визжали, просто визжали — никакого раздражения или подобного у меня не было.
Отпустив голову вниз на дверь, я пошёл к ней, открыв с противным металлическим скрежетом. Мы вошли внутрь.
Запах изменился: нотки табака били сильнее, чем раньше, а людей было больше, и их лица ещё более угрюмые. Даже появление двух школьников в столь тёмном месте не заставило их отвлечься от своих дел.
Даже сладкий запах керосиновых ламп казался уже не сладким, а горьким. Удары же волн снаружи пропали вовсе, всё место затихло, редкие разговоры разрушали столь редкую тишину в округе.
Пока я осматривался, Людвиг пошёл вперёд к лестнице, а я решил немного понаблюдать, чтобы потянуть время перед тем, как начать разговор.
Ящиков стало больше, сидящих на них тоже прибавилось. К слову, мы видели пару машин, чёрных как смола, но одиноко стоявших вдали от склада, не вместе, а порознь, будто случайно рассыпали.
Но смотреть стало не на что, и я начал подниматься по лестнице, слыша только начавшийся диалог между двумя персонами.