— Привет, Дао, — поднял он руку, когда я уже появился в поле зрения двух. Ответ — я безмолвно поднял руку.
— Присаживайтесь, парни, нам есть о чём поговорить. — Мы сели после этих слов на диван.
На столе виднелась пепельница, изрядно заполненная пеплом и бычками. Рядом ещё был ноутбук с включённым экраном и много банок энергетиков под столом.
— Настроения, как я погляжу, у вас нету. Томить не буду, — нагнувшись к ноутбуку и нажав пару раз на клавиши, он продолжил: — Людвиг, мениска в отель Питякорна, посиди, посмотри, что к чему сам. — Последние слова он выделил.
— Всё? — С удивлением он уточнил, явно ожидая ещё каких-то указаний или типа того, или, может, нотаций.
— Ага. Сиди там весь день, если что — приходи сразу сюда, если что-то важное. — Несмотря на нас, смотрел он в экран ноутбука.
Людвиг без лишних действий просто покинул нас — ни слов, ни выдоха или типа того, просто ушёл.
А я так же сидел, просто уставившись, как Монах что-то высматривает в ноутбуке. Мне нечего ему сказать.
— ИКЗ мощно усилили патрули, и вообще копошатся по всему городу, после тех самых новостей. Ты же понимаешь, что это плохо? — оторвавшись от ноутбука, он посмотрел на меня.
— Чего ты от меня хочешь? — спокойно, глядя ему в глаза, чуть ли не прошептал я.
— Не светись вообще никак, это первое. Второе — что у тебя со здоровьем? — Последнее меня немного удивило, но, не показав виду, я ответил как есть:
— Все раны затянулись, и всё.
— Отлично. Со способностями есть что-то? — последовал ещё один вопрос.
— Не знаю, не было возможности проверить нормально, кроме того, что проводов я могу с собой таскать куда больше, чем раньше, — выпустил я из предплечий и ладоней длинные провода, которые распластались по полу.
— Ага, ясно, — будто что-то поняв, он начал снова: — А теперь третье, какого хрена вчера случилось? — повысил тон Монах.
— Мы убили человека, как ты и просил.
— Так проблема в том, что вы нихуя не узнали. Пару случайных парней из другой группировки выпотрошили, потому что батёк того хрена в ярости, и теперь и менты тоже начали двигаться, — повышал он тон с каждым разом. А про то, что пару людей выпотрошили, меня напрягло — могу ли я их считать жертвами?
— К тому же, блять, ИКЗ как раз-таки вскоре и начнут под всех нас копать, и вот им точно уж ничего не стоит просто сломать все наши планы, потому что в прошлый раз это у них ахуенно получилось, — размахивал он руками своё недовольство, продолжая тираду.
Но быстро остудил свой пыл, массируя брови, явно думая о чём-то.
— Ваше счастье, что у нас почти всё готово, чтобы сделать облаву на Питякорна. Все другие части и наши готовы, и мы скоро со всего города стянемся, чтобы нанести удар быстро и смертоносно. — В окончание он ударил свою ладонь кулаком.
Я ничего не сказал, мне было нечего говорить ему. "Ваше счастье" — не те слова он подбирает, когда я могу свалить в любой момент. Я ему не должен, особенно после того, как он послал меня туда, где меня быть не должно было.
— Чё молчишь, давай скажи что-нибудь, — более пофигистично сказал. — Например, что случилось у вас там конкретнее.
— А будто бы ты не знаешь, даже по новостям сказали, как всё было, — с тяжёлым выдохом я упёрся локтями в колени и смотрел в пол.
— По новостям кто-то говорит, что вы грабить туда пришли, и что мне теперь верить этому? — раздражённо, будто выплюнул это предложение.
— Пришли, убили, ушли, всё! — развёл я руками.
— Да вам вообще не повезло, — набрав воздуха в грудь, он монотонно выдохнул. — У деда камеры были в квартире, так и ещё сыночка-корзиночка, за которым наверняка папка следил.
Это тоже меня терзает или терзало — я не уверен, потому что каково взрослому человеку видеть всё это? Как его сына, которого он растил и, видимо, так оберегал, пришли, избили и убили. Хотя он тоже молодец, показал, что и не стоит его жалеть, когда он приказал своим шестеркам убивать кого-то. А то ли ещё будет.
Все, кто умер, — каждого из них оплакивали, будь бандит, будь любой другой человек. У них наверняка есть люди, которые горевали и ревели по ним.
А у меня... никого и никогда не было. Что Сурат, что Людвиг — никогда бы не стали рыдать из-за моей смерти. Умерев ещё тогда, когда я убегал из дома, допустим, свалившись с балкона головой вниз, никто бы меня, может, и не похоронил — мой труп бы сожгли, а Чао, может, даже посмеялся бы с такой моей участи.
Только пару заголовков, которые бы вскоре ушли в небытие в величественной всемирной паутине. Но не про то, что случилось горе, а: "Глупый подросток-беспризорник и так далее свалился с балкона во время тупого побега".