Забыл упомянуть, что он сильно выделяется, свой кожанкой. Остальные в баре одеты куда уж, проще, а именно, в большинстве своём все одеты в джинсы с майками.
Встав, я побрёл за этим мужчиной — имени его так и не узнал. Людвиг последовал за нами. Выйдя через ту же дверь, мы оказались в переулке. У стены стоял высокий мужчина лет сорока, неспешно куривший сигарету. Его стиль напоминал Чао, когда я впервые встретил его — всё в чёрном, но вместо пальто на нём был аккуратно сидящий пиджак, под которым виднелась рубашка с красным галстуком. Брюки тоже были деловыми, подчёркивающими его серьёзность и дисциплину, а чёрные кожаные туфли завершали образ уверенного и опытного человека.
Свет от сигареты время от времени озарял его лицо, выделяя короткую бороду и усы. Прямой нос придавал чертам строгость, а тёмные, прищуренные глаза отражали опыт и хладнокровие человека, повидавшего многое. Волосы аккуратно зачёсаны назад, придавая его внешности дополнительную суровую элегантность.
Вот значит, каков человек, которому доверяет мистер Чао. Что ж, не буду разбрасываться словами перед ним. Кстати, на лице Людвига было видно явное недовольство при встрече с ним. Людвиг — тот ещё гиперактивный, а Минг видом показывает, что никакого баловства не приветствует.
— Значит, и монах ты тоже с нами, — сказал Минг, смотря на мужчину, который нас вывел. Так вот как его зовут — буду иметь в виду. Мужчина, на которого смотрел Минг, молча кивнул, ожидая следующего действия Минга, которое не заставило себя долго ждать. Докурив, Минг выбросил окурок в рядом стоящую урну и, развернувшись, пошёл в сторону выхода из переулка. Мы втроём последовали за ним; я, в свою очередь, замыкал группу. Тут Людвиг ударил ногой по щитку и поглотил оттуда электричество; я же взял то, что мне нужно было — а точнее, провода. Ночью было на удивление светло: пасмурная погода, державшаяся весь день, рассеялась к ночи. Когда мы вышли из переулка, я заметил три машины, одна из которых пустовала, видимо, ожидая нас. Минг увидев что у Монаха перебинтована, рука сел за руль. Машина была средней из трёх — в неё мы и садились. Сев следом за Людвигом, я закрыл дверь. В салоне приятно пахло, и внешний вид нашей машины отражал статус и грацию владельца. После того как монах сел, Минг завёл двигатель, и машина перед нами тоже двинулась в путь. Минг, не теряя ни минуты, поехал следом. Монах сидел с немного раздражённым видом, и хотя я видел это лишь мельком, он явно держался за кобуру своего пистолета. Людвиг же, как обычно, сидел и играл в портативную консоль. И тут Минг заговорил.
— Значит, ты брат Сурата. Не думал, что придётся работать с тобой. Он всегда держал тебя подальше от наших дел. Минг оценивающе бросил взгляд в зеркало заднего вида:
— Сурат делал то, что считал нужным. Теперь же моя очередь, — спокойно, но твёрдо ответил я.
Я отвёл взгляд от Минга и посмотрел в окно. Машина ехала вдоль реки Чаупхрая, и огни ночного Бангкока отражались в тёмной воде. Мы покидали центр города, направляясь к его окраинам. Интересно, куда мы едем и что нас там ждёт?
— Куда мы направляемся? — спросил я.
— На встречу с представителями Змеиного Лотоса, — не оборачиваясь, сказал Минг.
— Змеиный Лотос... Кто они такие?
— Группировка из северных провинций. Не из Бангкока, но уже успели пошуметь по всему Таиланду. Их глава недавно умер, так что будем общаться с его представителями.
Я задумался. Наверное это в порядке вещей, что я только сейчас узнаю о игроках в криминальном мире. Сурат действительно старался держать меня подальше от всего этого.
— И что нам от них нужно?
— Последнее время нас, Драконов Яоварат, сильно теснят. Другие группировки объединились против нас, и ситуация становится критической. Чао решил, что объединение с Змеиным Лотосом и раздел города на две части — лучший выход. Для них это возможность закрепиться в столице, а для нас — шанс удержать свои позиции, — вздохнул Минг.
Я кивнул, обдумывая его слова. Значит, ситуация действительно серьёзная. Теперь я знаю, насколько всё запущено.
— Но запомни, парень, — спокойно, но настойчиво произнёс Монах, — они не друзья нам. Это конкуренты. Сегодня мы союзники, завтра — враги. Будь начеку.