Наверняка он оставил там свой контакт.
Так и есть: "Босс". Ну а как иначе.
Ладно, подумал я, наберу — спрошу, что именно искать.
Приложил телефон к уху...
Раз, два... не было даже трёх гудков — и тут БАААЦ!
Рядом с ухом раздался такой оглушительный взрыв, что я моментально свалился с полки.
Дыхание перехватило, всё плыло перед глазами.
Звон в ушах стоял невыносимый, сразу подкатила тошнота.
"Какого хрена... тупой телефон... ааа... голова..." — мысленно прокричал я.
Не знаю, сколько бы ещё лежал, держась за голову, если бы меня кто-то не толкнул.
Как оказалось, это был Людвиг — судя по выражению его лица, он что-то кричал и яростно жестикулировал. Я сел на задницу, всё ещё почти ничего не слыша.
Он протянул мне руку — я взял её.
Звон в ушах всё ещё был ужасным.
— Тупой, тупой, тупой! — твердил Людвиг, почти не останавливаясь.
— Этот чертов телефон взорвался у меня в руках, что ты хочешь? — буркнул я, немного придя в себя.
— Да блять, не слышишь? Там сирена ИКЗ! Какого-то хрена! Похоже, тот мудак охранник проснулся и успел что-то доложить! Я не знаю! — разозлённо орал Людвиг.
— Тогда валим нахер отсюда! — крикнул я.
Мы помчались к выходу со склада, чтобы выпрыгнуть через окно. Один раз сработало — почему бы и сейчас не повторить?
Мы вылетели к гаражной двери... и прямо там нас уже поджидал оперативник с наведённым на нас стволом.
Я мгновенно рванул к нему, отвёл пушку от головы, но он успел выстрелить — пуля пробила мою правую ладонь возле пальца.
Сквозь боль я зарядил ему кулаком по шлему.
Оперативник пошатнулся, увеличив дистанцию, но это было неважно — в этот момент Людвиг влетел ему в голову ногой, сбивая в сторону, прямо в старый прилавок.
Проходы справа сразу озарились вспышками выстрелов.
Пули летели шквалом.
Людвиг был отрезан, я тоже. Он, не долго думая, начал добивать оперативника ногами прямо на полу.
"Чёрт, как помочь?!" — мелькнула мысль.
Провода? Нет, прострелят в момент.
Но Людвиг не растерялся: он запрыгнул на прилавок, заискрился и с дикой скоростью прыгнул вперёд, схватившись за верхний косяк двери, словно акробат на перекладине, и пролетел над шквалом пуль.
Я сразу развернулся и побежал к гаражной двери.
Пробить её? Но громкий звук дал понять: ломать ничего не нужно — грузовик уже разнёс стену!
Людвиг оказался быстрее: он через разбитое лобовое стекло забрался внутрь грузовика через специальное окошко в кабину. Я тоже начал залезать...
Но вдруг удар лопаты прилетел прямо в мою морду!
Изнутри грузовика, через то самое окошко!
Я рухнул на землю.
В нос хлынула кровь, казалось, он сломан к чертям, но под адреналином было наплевать.
Двери грузовика захлопнулись.
"Пиздец..." — мелькнула мысль.
Выбить двери? Маловероятно — там наверняка мощный замок.
Но если не залезу — меня сделают дуршлагом!
Пули уже начали влетать в стекло рядом со мной.
И тут вслед за пулями прилетела граната.
Бл...
Я не понимал — лежал ли я вообще или уже умер.
Перед глазами был только свет, в ушах — писк.
Ничего не слышал, ничего не чувствовал.
Возможно, я уже умер.
Но постепенно звук стал будто электрическим, а сам я осознал, что нахожусь в тёмном кузове грузовика.
Меня тормошил Людвиг. Он не бросил меня.
— Эй, эй, вставай, надо бежать! Не знаю как, но надо! — кричал он.
Я ничего не понимал. Столько событий за раз — я просто не успевал переварить происходящее. Всё было как в тумане.
Двери кузова резко отворились. В лицо ударил свет прожекторов.
— Выходи с поднятыми руками, Дао Тан! Ты задержан по... А ты ещё кто? — произнёс оперативник , и с странным купологоловым шлемом , глядя на Людвига.
Людвиг оскалился и бросил:
— Смерть твоя, кусок говна.
Он метнулся вперёд, ударяя оперативника ногой в голову.
Тот даже не пошатнулся.
Когда Людвиг наносил второй и третий удар, оперативник поймал его за ногу и с лёгкостью впечатал в землю.
Из его руки вырос каменный прут — он без всяких раздумий проткнул плечо Людвига.
Тот вскрикнул.
— Бьёшь быстро... даже слишком быстро для обычного человека, — с презрением сказал оперативник, глядя сверху на корчащегося Людвига.
— Этого тоже запакуйте, — холодно приказал он.
Повернувшись ко мне, оперативник добавил:
— А вот и тот самый печально известный ребёнок ребёнок...
В голове Дао Тана крутилась только одна мысль.
Из-за кого всё это?
Питякорн.
Почему он так поступил? Почему предал?
Я слабый?
Надоедливый?
Странный?
Или слишком требовательный?
Приходя в себя, я скривился от боли, зажимая нос рукой.