4. Второе дыхания
- Эффект: В момент, когда все ресурсы персонажа исчерпаны, и он находится на грани, этот триггер открывает доступ к последнему резерву силы. Способности усиливаются до предела, но этот рывок стоит персонажу значительных последствий — после окончания действия он может оказаться на грани смерти или полнейшего истощения.
5.Вопль
- Эффект: После переживания глубокой боли (физической или психологической), персонаж открывает новый, уникальный прием или способность. Эта боль трансформируется в разрушительную силу или особую технику, которая может решительно изменить ход боя.
6. Смертельный Рывок
- Эффект: Когда персонаж сталкивается с неизбежной смертью, его способности трансформируются и достигают абсолютного предела. Персонаж обретает новую форму, связанную с его основной способностью. Это форма представляет собой мощное, и устрашающее состояние, в котором все предыдущие ограничения снимаются, а возможности его силы раскрываются на полную.
- Особенность: Вы перестаете быть человечным.
15 Глава - Разгром
ЛЮДВИГ
Улыбка — всё, что вызывал тогда у меня Дао.
Даже в такой ситуации он не терял надежды, цеплялся за призрачный шанс на победу, как загнанонный в угол зверь.
Не обращая внимания на кровь, переломы, пулевые отверстия — он всё ещё что-то делал.
Это так сильно меня заводит, и заставляет пульсировать мозг.
Каждое его движение, будто каждый удар нацелен на то, чтобы калечить всех вокруг.
В его движениях нет утончённости — лишь звериные инстинкты.
Зверь, умирающий пес, которому уже плевать.
Его цель — сделать всё, что может... и умереть.
Разве после такого я могу позволить себе так и висеть, забитым на этом чёртовом пруте?
Почему я всё ещё насажен на него?
Я хочу так же, как он — биться из последних сил.
Слышать, как бьётся моё сердце, сбивается дыхания.
Чувствовать, как кулаки разбиваются об черепа моих соперников.
Терять зубы, истекать кровью, но получать адреналин, и удовольствие.
Быть не захваченным или поверженным, а быть убитым — но не как шавка под чьими-то ботинками.
А как настоящий зверь в жестокой схватке за жизнь.
Мозг от таких чувств пульсировал, все сильнее и сильнее.
Я наблюдал за Дао: тот не упал без сил, даже когда в него впились пули.
Он всё ещё стоял, как мог, хоть и на четырёх конечностях, хрипя дыханием, истекая кровью.
Нет. Так не пойдёт.
Я ждал, что всё будет наоборот: если что-то подобное случится — не он будет вырываться, а я.
Я хочу.
Я готов вырвать свою судьбу... нет, наши судьбы из лап смерти, которая так и пытается уцепиться за нас.
Но этому не бывать.
Как и тому, что в этой битве главным героем окажется этот ушлёпок.
Оперативник загородил мне обзор на Дао и, замахнувшись, его ботинок устремился мне в лицо.
Моя ключица уже была раздроблена, когда он воткнул в меня ту херь.
Я сломаю его жизнь.
Использовав ногу как точки опору, я, как пёс, вырывающийся из цепи, просто оторвал себе часть плеча.
Кровь тяжело билась об асфальт, окрашивая его в багровый цвет.
В глазах стало светлее.
Звон в ушах меня не оглушил.
Нет.
Это было только толчком к моему погрому.
— Отсоси, мудак! — показал я средний палец оперативнику, который уже вскинул ствол и нажал на курок.
Лёжа, я видел, как пуля устремилась в мою сторону.
Нет.
Если я так умру, это будет глупо.
Я хочу продолжения этого веселья.
ДАО
Я наблюдал за этой поистине ужасной картиной: весь в гематомах, в собственной крови.
Людвиг, будучи пробитым насквозь, улыбался.
Следующие его действия поразили меня.
Звук, как хрящи или что там у него, разрываются с мерзким хрустом...
И звук, как кровь тяжело бьётся об пол, заставил меня расширить глаза.
Когда оперативник направил на него мушку, я попытался вскрикнуть.
Но своего голоса я не услышал — его перебил звук выстрела.
А потом...
Взрыв.
Будто что-то взорвалось прямо передо мной.
Моментальная вспышка ослепила меня.
А уши?..
Я ничего не слышал.
Я не видел.
Но как только мои чувства вернулись — на месте Людвига осталась только пригоревшая кровь и расплавленный металл, и был слышен все время, странный электрический гул, как от трансформатора.