Обычный я.
Тот, что даже представить не мог всего, что ждёт его впереди.
Я не сказал бы, что жалею о всём, что произошло. Так бы я, может, и загнил в болоте. Хотя... может, это было бы даже легче. Чем снова и снова — ломаться и выживать.
Но этот путь что-то дал.
Как будто... открыл заново взгляд на мир.
Он опасен. До дрожи.
С каждым разом всё ужаснее.
Но именно выбираться из этого — в этом есть какой-то кайф.
Будто в боли я нащупывал что-то особенное.
Значимость? Или просто вкус победы?
Хотя, если честно, сейчас бы я просто посидел с телефоном на диване. Без погони, без кровищи. Не прятался бы по подворотням с человеком, который официально признан угрозой для общества.
Хотя… кто ещё для кого опаснее — вот в чём вопрос.
Мы же вроде как не простреливали колени гражданским… пока.
Вдруг у моих ног прокатилась ещё одна игрушка. Она уткнулась лицом в мою обувь.
Я нагнулся, перевернул её.
Опять я. Только в другой одежде.
Но лицо... было абсолютно спокойным, скорее даже безжизненным...
На руках — кровь.
На теле куча — алых пятен.
Убитый? Ну да. А каким ещё может быть конец, если в тебя все время стреляют.
И тут слева — гул. Электрический. Но он не двигался, будто застрял в воздухе.
Я повернулся.
Людвиг сидел на одном из стеллажей, в руках — ещё одна игрушка в виде меня.
В другой...
Оказался Сурат. Бледный труп. Губы выцвели. В глазницах — пустые углубления. А кишки были выпущены, а на груди пулевое ранение.
А моя новая версия была без крови, без крика. Просто грустная. Со слезами на лице.
Людвиг спрыгнул вниз.
Выбил игрушки у меня из рук.
И ткнул в глаза.
— Ай, сука… даже тут достаёт, — пронеслось в мыслях, когда я схватился за лицо.
Открывая снова глаза, я наблюдал, как из дверцы чердака выбивались лучи солнца — прямо мне в лицо.
А возле дверцы — и виновник, что во сне, что в реальности, — был мне неприятен в тот момент.
Этот кусок дерьма нагнулся надо мной, пока я всё ещё пытался протереть глаза.
Его действия заставили меня ударить себя ладонью по лицу.
Тот придурок указательными пальцами растянул себе глаза и улыбался во весь рот.
Неужели этот озлобленный полуэльф-полудворф разбудил меня ради этой тупой шутки?
Хотя шаги и последующий звук молнии от сумки меня заинтересовали.
Запрокинув голову и лежа на спине, я наблюдал, как он роется в новообретённой сумке и вытаскивает другой комплект одежды.
Как вдруг он из-под лобья обратил на меня внимание и, отвернув голову в сторону, быстро кинул во что-то в мою сторону.
Я зажмурил глаза — и мне прилетело чем-то твёрдым в переносицу. Открыв глаза, увидел, как ещё что-то чёрное опять летит в лицо, и снова сомкнул веки.
Оказалось, это были кроссовки — новые, чистые, с характерным запахом дорогого материала.
Встав на четвереньки, я вздохнул от его шалости и опустил голову в пол. Он начал смеяться, как вдруг я резко в спохватился — и этот кроссовок уже летел ему в лицо.
Он хотел увернуться, но ботинок на долю секунды остановился прямо перед его носом и, подчиняясь гравитации, начал медленно падать. И тут второй снаряд прилетел ему точно в лоб.
Да, закрыть ему обзор — идея хорошая. Он удивился, что кроссовок завис в воздухе.
Провода, как всегда, помогли в этом.
Но время шалостей закончилось. Людвиг уже с легкой улыбкой перебирал вещи.
Я сел, смотрел, ждал. Он рыскал в сумке, как будто в ней был ответ на всё. Как будто знал, что я спрошу — и всё равно не скажет.
— Неужели там так много одежды, что ты не можешь найти мою? — опершись щекой на ладонь, я наблюдал за ним.
— А кто сказал, что там вообще есть твоя одежда? Тут есть деньги — вот и иди купи себе что-нибудь. Я ведь без понятия о твоих предпочтениях, — сказал он, протягивая мне деньги с улыбкой, будто горсть конфет.
Ну, доля логики есть… но и нету. Да, я мог бы купить сам — купюры крупные, да и судя по звуку, их достаточно. Но как мне идти за одеждой, если я и так без нормальной одежды? Разве что на рынок, и то идея так себе.
Я взял у Людвига все купюры до последней и начал пересчитывать.
Сумма вышла немаленькая — с головой хватит на пару сумок одежды с головы до пят. И останется ещё, учитывая цены.
Вообще, стоит посчитать весь капитал и нормально его сложить — сделаю пару стопок, повяжу проводами. Без задней мысли я вытянул из рук Людвига сумку. Он даже не сразу понял, что произошло.
Чего он там всё ищет? — промелькнула мысль, пока я заглядывал внутрь. А там… одежда. Ну да, чего в ней такого? Взял в руки, осмотрел — чёрная, с четырьмя полосками на рукавах. Обычная спортовка.