Завершая послание дрожащими пальцами, я стремительно вернулась, бережно спрятав бумагу в нашем потайном уголке. Теперь я точно знала — я больше не одна. Надежда, словно тёплый солнечный лучик после долгой зимы, тихо проникла в моё сердце, оживая верой в будущее.
Вернувшись домой, остаток дня провела незаметно и спокойно, растворившись в тишине своей скромной комнаты. Здесь я мечтала о будущих радостях, ярко представляя перед собой прекрасные моменты впереди. Вечером всё вернулось в обычное русло: ужин с Виктором, непривычно короткие встречи за общим столом. Сидя рядом, мы были погружены каждый в свои мысли, порой обменивались лишь мимолётными взглядами. Эти минуты покоя казались странными, но каким-то образом приносили смутное утешение, будто мир вокруг не был таким уж мрачным. Иногда я ловила на себе взгляд Виктора, чуть дольше обычного задержанный на мне, но стоило поднять голову — его взор тут же скользил прочь.
Следующим утром завтрак я проводила в одиночестве, наслаждаясь возможностью побыть одной. Едва закончив трапезу, как прислуга принесла записку от Виктора. Прочитав её, почувствовала тревогу: там говорилось, что днём состоится важное мероприятие, к которому я должна была подготовиться заранее. Поняв неизбежность предстоящего события, торопливо ушла в свою комнату, дабы не опаздать. Но увидев подготовленное платье, испытала глубокое возмущение. Нежно-розовый шёлк, украшенный тонкой вышивкой, переливался сотнями оттенков, блестел подобно тысячам крошечных звёздочек. Несмотря на всю свою изысканность, наряд вызвал внутренний конфликт. Совсем недавно, скончалась моя любимая мама, и подобный наряд показался неуместным и постыдным.
— Никогда в жизни не надену это !!! Нет!!!!
— Госпожа... Платье выбрал сам господин...
Не успел прозвучать мой возглас, как раздражение Виктора вырвалось наружу. Услышав шум, он быстро вошёл в мою комнату, лицо его пылало гневом, требовательным взглядом приказывая служанке немедленно удалиться.
—Куралия, ты перечишь мне?
Чувствуя близость взрыва, съёжилась, закрыв глаза, ожидая очередной вспышки гнева. Но вдруг нашла силы объяснить своё состояние:
— Мама умерла совсем недавно, выходить в свет в таком наряде недопустимо. Одежда хороша сама по себе, но что скажут люди?
Его тон неожиданно смягчился:
— Ты права. Выбирай другое платье, пусть оно будет более строгим, тёмных оттенков. Волосы уложи элегантно и накрой лёгкой прозрачной вуалью.
Сказав это, он вышел из комнаты, оставив меня облегчённо вздохнуть. Вскоре вернулась служанка, помогая завершить подготовку моего образа. Завершив работу, она подвела меня к большому зеркалу. Перед ним стояла молодая девушка, исполненная достоинства и чистоты, способная покорить многие сердца. Её облик излучал спокойствие и величие, отразившиеся в глубине глаз.
Когда спустилась в зал, где ждал меня Виктор, он подошёл ближе, осторожно приподнял вуаль, слегка коснулся кончиками пальцев моего лица. Голос его звучал тепло и ласково:
— Ты столь же прекрасна, как твоя покойная мать. Она непременно гордится тобой сейчас.
Сердце дрогнуло, слёзы мгновенно наполнили глаза. Крепко стиснула губы, пытаясь удержать нахлынувшие чувства. Спустя минуту, мы отправились к карете. Куда именно нас повезут, оставалось тайной, одно желание пульсировало изнутри — быстрее вернуться обратно в уют своей комнаты. И ещё... Наверняка есть письмо от Карлоса! Нужно непременно найти способ прочесть его. Попробую сегодня вечером выбраться незамеченной из дома.
Глава 6 «Бал без масок»
Внутри кареты царила тишина, нервное ожидание сопровождало поездку, вызывая любопытство относительно цели путешествия, подчёркивая таинственность нашего назначения. Его задумчивость была столь глубокой, что даже мой заинтересованный взгляд оставался незамеченным.
Наконец экипаж остановился перед огромным зданием, чей величественный облик напомнил старинный рыцарский замок. Дверцы распахнулись, впуская запахи цветов и веселья, проникающие изнутри двора, наполненного гостями. Люди были одеты в роскошные наряды, их лица светились радостью, голоса звучали звонко и празднично. Поднявшись по широким ступеням дворца, моё сердце замерло от волнения и восхищения: яркие огни хрустальных люстр отражались в зеркалах, стены украшены изящными фресками, а повсюду слышалась музыка и смех.