Однако радость омрачалась неприятным чувством голода, ведь есть было запрещено категорически. И вот настал тот миг, когда дверь раскрылась, и я вошла в малый зал, полный таинственности и величественного спокойствия. Стол был сервирован со всей возможной изысканностью, сверкали хрустальные бокалы, фарфоровые тарелки ждали своего часа. За столом сидели родные люди: мать, чья грустная улыбка лишь подчеркивала внутреннюю боль, дедушка, чей суровый вид говорил сам за себя, и незнакомый мужчина, чьи тёмные глаза внимательно изучали меня.
Незнакомец смотрел на маму ласково, нежно касаясь её плеча своей рукой, словно заявляя всему миру о своём праве обладания ею. Сердце сжалось от этой сцены, полная неясности и тревоги, отчего сердце затрепетало в груди беспокойно и болезненно. Дед поднял голову и взглядом указал мне место рядом с ним. Поднявшись, я подошла ближе.
— А вот и наша надежда Куралия, — прозвучал глубокий голос деда, обращённый к гостю, который ответил кивком головы, бросив быстрый взгляд на меня. Мама тоже взглянула на меня, выдавив еле заметную улыбку, наполненную заботой и любовью.
Что происходит здесь? Почему этот человек сидит рядом с мамой? Какие решения приняты за этими плотно закрытыми дверями? Что ждёт впереди? Неясность завтрашнего дня пугала и манила одновременно, заставляла задуматься о будущем, полном вопросов и загадочных тайн.
Всё встало на свои места спустя считанные минуты. Дед, серьёзно глядя на меня, произнёс тихо, но твёрдо:
— Майриам, у тебя всего пара минут, объясни ей..
Мама нежно взяла меня за руки, ласково улыбнулась и, погладив по щеке, сказала мягким голосом:
— Куралия, сегодня мы уезжаем отсюда. Отныне домом нашим станет дом Виктора. Всё хорошо, милая моя, не бойся ничего.
Я молча слушала, внутренне радовавшись, что наконец смогу покинуть ненавистный старый дом, подальше от жестокого деда и злой бабушки. Виктор казался мне чужим и странным, но лучше уж он, чем постоянные наказания и побои прежней жизни. Поэтому я ответила спокойно и твердо:
— Хорошо, мамочка, не переживайте ни о чём.
Вещи были уже собраны и мы покинули знакомую обстановку. Новый дом оказался совсем неподалёку, буквально на противоположном конце улицы. Первое время Виктор почти не обращал на меня внимания, лишь изредка проявлял раздражение, порой поднимая руку, я стала его бояться как и деда. Но я быстро научилась избегать его взгляда и держаться подальше.
Вскоре рядом появился мальчик Карлос, живший по соседству. Как то я пряталась от Виктора и забежала к ним в сад, спрятавшись на дереве. Залезть залезла, а слезть не смогла. Звать на помощь я боялась, т.к. гнев Виктора был страшнее, лучше уж я упаду с дерева. И вот когда я думала , что уже все упаду, пришел Карлос помог слезть с дерева. Посмеялся надо мной, но предложил в следующий раз спрятаться у него в домике на дереве. Я так и начала делать. Вот так мы и стали друзьями, постепенно привязываясь друг к другу. Позже наша детская дружба расцвела настоящей любовью. Его родители охотно принимали меня дома, поддерживали нашу дружбу, их даже не смущало, что у меня нет отца, как многих других ребят. Моя мама тоже была довольна моей дружбой. Лишь Виктор оставался равнодушен к этому союзу, занятый своими делами, чему я конечно была и рада.