Я чувствовал во всем этом женское начало и, открывая глаза, видел неизменную Королеву Монет. Мне виделась в ней черноволосая женщина. Именно она главенствовала над ситуацией, все вращалось вокруг нее. Больше ничего я понять не мог.
«Смерть и отчаяние, — звучало фоном. — Обман и поражение. Твердь расступится под твоими ногами…»
— К черту, — пробормотал я, скидывая карты в кучу. — К черту все эти гадания. Собирался ведь завязать с этим делом!
Раздраженно встав, я закурил.
Неизвестно, как насчет пользы гаданий, но время, потраченное на душ, кофе и сигареты, пошло впрок. Самочувствие нормализовалось, и для закрепления эффекта мне следовало позавтракать — пусть этот завтрак и становился настолько поздним.
Я отправился на кухню и открыл холодильник, под завязку набитый едой. Запаса консервов и полуфабрикатов хватило бы, чтобы выдержать месяц в осадном положении. Никогда не бывший прихотливым и всегда ограниченный во времени, я питался так еще при службе Проводником…
Те времена, наполненные поиском людей с даром, выглядели настолько отдаленными, что могли вызвать легкую ностальгию. Хотя я получил ранг Паладина всего двенадцать дней назад, события набрали с тех пор такие обороты, что смахивали на полноценные боевые действия, театром которых был весь этот город. Штурмы и обороны, засады и отступления, фугасы и авианалеты… Суетные времена Проводника канули в прошлое, но армейские рационы остались в настоящем, вписываясь в него идеально.
Разорвав два сухпайка, я выбросил порошок «Напитка молокосодержащего «М-12». С первого глотка он окутывал ароматом кипяченого молока из детства, но уже со второго отдавал резкой химией. За ним в мусор полетела прочая ерунда, которая мне никогда не нравилась, — наподобие кофейных таблеток и концентрата, из которого вместо обещанного горохового супа получался какой-то клей для обоев.
Я растворил в горячей воде два брикета перловой каши, добавил туда содержимое банки сосисочного фарша и перемешал все это с пакетиком «Соуса томатного острого, для спецпотребителя». Пристроив возле тарелки жестянку с ветчиной из офицерского пайка, я разорвал пачку галет и принялся за трапезу.
Ничто не омрачало мой аппетит, разве что мысли о гадании, которые я старался держать подальше от еды. Дело как раз подходило к десерту, состоящему из кофе, крекеров и повидла — офицерского, поскольку обычное было ничем не лучше подслащенного солидола, — когда услышал вызов.
Звонили с какого-то неизвестного номера. Я нажал кнопку ответа.
— Рауль?
Произнесший мое имя голос был женским, немного картавящим и до боли знакомым.
— Да, Кассандра. Как ты? Я жив и здоров.
— Я знаю. Видения показали мне это. Но то, что я видела ранее… Там было столько ужаса и смерти…
— Ужаса там было предостаточно, — подтвердил я. — И смерти тоже хватало, но она доставалась не мне. Все обошлось, но, как я понимаю… Ты ведь звонишь неспроста?
— Видения, — просто ответила она.
Сказав это слово, Кассандра замолчала. Я вздохнул.
— Что ты видела?
— Снова ужас, снова смерть. Но теперь к ним присоединился обман. Женщина.
Я вслушивался в ее слова.
— Кто она?
— Этого я не видела. Она сплела паутину, в которую ты попадешься. Ловушка, обман… Она скрывается во тьме и стоит за многими из тех, кто служит злу. Я погружалась раз за разом, чтобы увидеть больше, но это лишь обессилило меня. В ее руках ключи от Бездны, скрывающей Зверя. Берегись ее.
— Как она выглядит?
— Она скрывается во тьме, — повторила Кассандра. — Сам ее облик оказался от меня сокрыт. Все, что мне удалось разглядеть, — это что она темна. Я имею в виду и внешность тоже.
Мурашки пробежали по моей спине. «Темная женщина», Королева Монет. Молния ударила в то же место, артиллерийский снаряд угодил в воронку, оставленную предыдущим. Совпадение?
— А что насчет меня? — спросил я. — Что меня ждет?
— В прошлый раз я увидела столько крови, что я едва не лишилась сознания. Это было ужасно. Но в этот раз все еще хуже. Много хуже. Поражение. Я видела тебя повергнутым, я видела тебя обманутым, я видела тебя в отчаянии.
Все подтверждалось.
— И это не все. Не хотела тебе говорить этого… Ты станешь воином тьмы.
— Что? — недоуменно переспросил я.
— Ты станешь воином тьмы, — повторила Кассандра. — Ты поклонишься злу. Я не хотела тебе говорить — но я должна была это сделать. Ты ведь знаешь, все можно изменить.