— Все в порядке, я приехала одна и никого за собой не привела. Уж прости, но должна заметить, что ты живешь, подобно параноику.
— Работа обязывает… Добро пожаловать, — я указал на диван. — Замечаю в твоем кармане очертания небольшого пистолета. Пистолет и дорожная сумка… Ты собралась куда-то уехать и сделать это налегке?
— Да нет. Давай обо всем по порядку. Во-первых, я рада, что в доме Вурца все прошло как надо и что те культисты меня больше не побеспокоят. Моя благодарность не знает границ.
— Откуда тебе все это известно?
Она достала из нагрудного кармана лист бумаги, сложенный вчетверо.
— Это уже второе письмо, которое я тебе передаю. Похоже, я скоро стану твоей поверенной в делах переписки с девушками. Это послание, которое ты написал Еве.
Я принял записку у нее из рук. Лилит улыбнулась:
— Надеюсь, ты не думаешь, что она вручила мне его со слезами признательности за свое спасение.
— Понятно, — я покачал головой и направился к бару. — В Еве я немного ошибся… Невинная жертва маньяков, вытащенная бескорыстным спасителем из самого ада, обчистила его подчистую и скрылась в неизвестном направлении… Куда катится этот мир? Но коньяк остается на месте. Не откажешься выпить?
Наполнив пару рюмок, я вернулся к ней и уселся на диван.
— Рассказывать об итогах дела ты не спешил. И это молчание могло означать провал. Не находя себе места всю ночь, к рассвету я не выдержала и отправила своих людей домой к Еве. Как оказалось, вовремя — эта тупица вскоре приехала на такси, в твоем плаще, собираясь переодеться и незамедлительно удрать в Париж. В итоге я узнала все, включая твой адрес. И решила отблагодарить тебя — вернуть деньги. В этой сумке твои сто тридцать тысяч золотом, серебром и бумагой. Будем считать, что мы в расчете?
Кивнув, я закурил.
— Ты странный парень, — покачала она головой. — Оставил деньги дома, наедине с Евой, да еще и написал ей об этом в письме. Уж не обидься, но я не могла себе вообразить, чтобы у тебя водилась трогательная вера в шлюх с золотыми сердцами, — она щелкнула зажигалкой, закуривая одну из своих сигарилл. — Но может быть, я слишком цинична. У тебя такой бледный вид. Ты будто бы пил целый день, и я не вижу радости от возвращения денег… Может быть, вопрос вообще не в деньгах?
Я рассмеялся.
— Конечно же. Вопрос в крушении светлой любви всей моей жизни. Вероятно, на это предположение тебя вдохновила обстановка, — я указал на мечи, висящие на стене. — Но моя жизнь не куртуазный роман. Я не мальчик из филармонии, все куда прозаичнее: все ошибаются в людях, и со стороны эти ошибки выглядят порой идиотскими. Погонявшись за Вурцем по проселочным дорогам, взяв штурмом его дом и проделав все остальное этой ночью, я не мог размышлять так ясно, как если бы провел ее в кресле-качалке, с чашкой чая и сигарой, погруженный в философское настроение. О деньгах я заботился меньше всего — я вообще думаю о них мало. Я убил тринадцать культистов и едва сомкнул глаза, как меня разбудили вызовом в Орден.
— Ты был в Ордене? — Лилит настороженно подобралась.
— Меня терзали небезосновательные опасения, что там будет Трибунал и что оттуда я уже не вернусь. Но все обошлось. Оказывается, им было известно про тебя с самого начала, с того самого момента, как мы встретились в «Бархатном Рае». В моей одежде было подслушивающее устройство, о котором я и сам не подозревал.
— Электроника в моем заведении его не обнаружила. А ведь у меня стоит «Ситаксис», когда началась вся эта кутерьма, я потратила на него кучу денег.
— Сложись иначе, я бы удивился — у Ордена передовое техническое оснащение. Порталы, лазерное оружие… Но тебе нечего опасаться. Никто не собирается сжигать тебя на костре за то, что ты получила от культистов свой дар. Более того, можно сказать, ты официально вошла в наши ряды, — я поднял рюмку и допил коньяк. — Поздравляю.
Лицо Лилит выглядело отнюдь не радостным — скорее обеспокоенным.
— Я хотела остаться в стороне от вашего противостояния…
Вежливый, но уверенный стук в дверь прервал ее слова, заставив вздрогнуть.
— Опять, — пробормотал я.
В ментальном пространстве никого не ощущалось, и я снова включил освещение лестничной площадки. Перед моей дверью стоял Командор Фабиан, в черном плаще с широким воротником и красной подкладкой. Это одеяние вызывало ассоциации с вампиром.
— Кто это? — спросила Лилит, глядя на экран через мое плечо.
— Не волнуйся, — я щелкнул кнопкой отпора замков. — Это свои.
Войдя в комнату, Фабиан галантно поклонился.