Мягкая ладонь Тани уже давно согрелась в моей руке — и хотя это было просто ролью для Разгрома, они все мне нравились. И Таня, и рука, и роль…
— В конце концов, я был с нею, — решил я подать голос. Сидеть молча всю дорогу не стоило. — Что могло произойти?
— Хе, — Маркус обернулся с кривой улыбкой. — Одно дело — отпугнуть стаю бомжей, другое — столкнуться с настоящими отморозками… Уж прости, не выглядишь чемпионом мира по боям без правил.
— Маркус! — возмутилась Таня.
Я почувствовал, что происходящее меня забавляет.
— Вообще-то, у меня есть пушка.
Веско сказав это, я тоже криво улыбнулся.
Поскольку Таня сидела вплотную, она не могла не почувствовать оружия в левом кармане моего плаща — так что скрывать его не имело смысла.
— Дашь взглянуть? — спросил Разгром.
Я протянул ему пистолет.
— Да, — оценивающе крутя его в руке, Разгром кивнул с видом знатока, — «Глок-17» калибра девять миллиметров — это неплохая игрушка. Я надеюсь, не газодробовой?
— Нет. — Я вернул пистолет в карман, сочтя лишним просвещать относительно того, что это никакой не «Глок», а дальний потомок разработок Борхардта и Люгера. — А что это там за свет?
Мы уже выехали с кладбища, и этим светом было не что иное, как фары стоящей на обочине полицейской машины.
— Черт! — воскликнул Разгром. — Когда я мчал за вами, их тут не было! Что делать?! Они же найдут «Глок»!
— Стоит вести себя спокойнее, — посоветовал я, глядя, как полицейский на обочине сигналит жезлом. — Останови.
Их было трое.
Тот, что сигналил, пошел к нам, держа руку на расстегнутой кобуре. Второй прикрывал его, стоя за машиной. Третий — обошел нас сзади, с автоматом наготове.
— Сержант Мальцев, — козырнул полицейский. — Прошу заглушить двигатель и всех выйти из машины.
— А в чем дело? — спросила Таня.
— Нужно произвести досмотр… — тут сержант пригляделся. Брови его приподнялись. — Вы — Таня из «Призрачного Сияния»?
— Да, — она улыбнулась. — А это музыканты.
— Удивительно! Прошу прощения, — сержант выпрямился и повернулся к остальным. — Мэттью, да это Таня из «Призрачного Сияния»! Не узнал вас сразу… — Смущенная улыбка выглядела странно на его служебном лице. — А между прочим, у меня все ваши альбомы в коллекционном издании! Я могу попросить автограф?
Лучезарно улыбаясь, Таня достала из кармана свою фотографию, написала: «Бравому сержанту Мальцеву от благодарной Тани», расписалась…
— Благодарю вас, — он спрятал фотографию во внутренний карман, как дорогую вещь. — Благодарю. Мне очень нравится то, что вы делаете.
— Спасибо — улыбнулась Таня. — А кого это вы ловите?
— Обычные дорожные проверки, — козырнул он. — Желаю приятного пути!
— Пронесло… — перевел дух Маркус, когда мы оставили полицейских позади. — Ничего себе «обычные дорожные проверки»! Я думал, они нас для начала изрешетят, а уже затем проверят!
Он засмеялся, Таня тоже.
Я понял, что мне нравятся эти люди, — настолько, что не хочется читать их мысли, а воспринимать такими. И это была опасная симпатия.
— Кстати, прекрасно знаю, кого они ловят, — поразмыслив, заявил Маркус. — Вся местная Паутина на ушах. Как раз обсуждал это на форуме, когда мне позвонила Луиза и сказала, куда ты отправилась… Думаю, они ловят Ангела Смерти.
— А этот чем прославился? — поинтересовалась Таня. — Тоже серийный проституционный маньяк, вроде Кровавого Коллекционера или этого нового Мясницкого Ножа, о котором мне недавно рассказывала Луиза?
— Непонятно… — озадаченно сказал Маркус. — Первым погиб некий бизнесмен по фамилии Вурц. И целое сборище у него дома. Убийца взорвал поместье — наверное, чтобы замести следы. Это произошло пару недель назад, и это было только начало. Последовали еще нападения. В настоящий момент совершено еще четыре. Все — примерно с таким же результатом.
— Этот Ангел Смерти — обычная утка, — сказал я. — Бизнесмен Вурц… Мало ли их убивают? Разборки банд, деловые интересы, конкуренция в сфере черного рынка, заказные убийства… Журналисты просто раздувают свое кадило, придумывая какие-то дикие образы, — исключительно чтобы поднять рейтинг и заработать.
— Не совсем утка. Вурц, как определили полицейские, покопавшись в руинах его поместья, был сектантом и падальщиком. Дома у него проводились оргии и жертвоприношения. В остальных случаях — схожая публика. Сначала строили версии о группе убийц. Но потом определили, что орудует один человек.
— Определили сетевые умники или криминалисты? — спросил я.