Как только Дракон начал думать о деле, в его голове замельтешили бредовые образы и странные мысли. Слагалось впечатление некоего психоза, очередной его серии. Сканируя память Вурдалака и Беса, я видел, как пальцы культистов превращаются в прожорливых червей, как морфируют их лица, запечатлевая на себе невероятные мутации. В сознании Дракона они брели во мгле, сквозь призрачные туннели… Но в реальности не существовало таких туннелей — да и сожженные на кладбище культисты имели вполне обычный человеческий облик. У них было свое собственное, искаженное видение событий, полностью скрывающее обстоятельства. В моих руках был только один способ выяснить, чем они занимаются — проследить.
Оставалось десять минут до окончания смены Дракона, когда я прервал рассказ Рельсы об очередном турнире.
— Сколько ты хочешь?
— Тридцатку. — Раз уж я был столь щедр, она сообщила сумму, в два раза большую ее обычной таксы. — Идем?
Кивнув, я допил кофе и расплатился с барменом.
Рельса проводила меня к машине Клопа. Я опустился на водительское сиденье, она устроилась сбоку и включила какую-то музыкальную радиостанцию. Имитируя страсть шумным дыханием, она потянулась ко мне — и замерла, уставившись в дуло пистолета.
Я выключил радио — никогда не любил все эти шлягеры, идущие вперемежку с оптимистическими бреднями болтунов-ведущих.
— Что тебе нужно? — глаза Рельсы округлились от страха, и это уже не было имитацией. — Деньги… У меня…
— У тебя есть ключи от машины, — я протянул за ними руку. — И личный комп. Остальное мне неинтересно. Сиди и молчи.
Мне не пришлось ждать долго. Спустя несколько минут Дракон показался на входе в компании девяти шлемников, и вместе они двинулись к большому пикапу. Куртка сторонника пирамидального мироздания топорщилась на спине — он заткнул за пояс пистолет или револьвер. Остальные были безоружны.
Впрочем, скрывайся в пикапе целый арсенал — это не превратило бы их в серьезную силу. Пока они туда грузились, я отметил усиленным восприятием их изможденные наркотиками и отсутствием физической нагрузки фигуры, неуклюжие движения… Я постарался запомнить облик каждого.
Когда пикап тронулся, я дал ему отъехать и покатил следом с выключенными фарами. Пока мы ехали по извилистой безлюдной дороге, я едва не оглох от грохота развалюхи Клопа — вести приходилось с усиленным восприятием.
Но затем мы вышли на трассу, ведущую к Ядру города. Пользуясь тем, что машин прибавилось, я вернул восприятие к норме, включил свет и набрал Лилит.
— Мне требуется твоя помощь, — сказал я. — Скажи, у тебя нет на примете какого-нибудь наркодиспансера с принудительным лечением — так, чтобы пациент не смог оттуда сбежать?
— Сейчас подумаю… — на некоторое время в динамике возникла тишина, затем Лилит сказала: — Есть. В столице есть «Новая жизнь», закрытая клиника доктора Коврова, в которой происходит лечение по методике профессора Шафгаузена. По карману не всем, в основном там лечится «золотая молодежь». Отчаявшись от бесполезности других средств, состоятельные родители закрывают там своих отпрысков.
— Даже если речь идет о шлемниках?
— О ком угодно. Тридцать пять тысяч — и стопроцентная гарантия. Через два-три года все выходят оттуда новыми людьми — кроткими, трудолюбивыми, набожными, с потребностью в творческой самореализации… И вдобавок ко всему — с подсознательным отвращением к прежним увлечениям. Это действительно новая жизнь, ведь в клинике их заново учат читать, писать, ездить на велосипеде. Затем бывшие наркоманы заново знакомятся с родными, потому что не помнят их внешности… Мне подробно описывал это заведение Командор Фабиан — ему не чужда благотворительность. Периодически, под настроение, он отлавливает какого-нибудь наркомана и отправляет туда под конвоем Наблюдателей. Я так поняла, доктор Ковров — Служитель Ордена. Командор советовал мне творить доброе дело, направляя людей к нему…
— Тогда это то, что нужно. Деньги не проблема — если что, заплати, а я потом отдам. Я еду сейчас к Ядру, и этот человек со мной. Но у меня срочные дела, и я не смогу привезти его к тебе лично. Ты не могла бы кого-то направить на северный въезд в сектор 320-19, чтобы я мог его передать? Я буду там минут через двадцать.
— К тебе приедет Большой Фред.
— Пусть он поторопится. Мне нельзя задерживаться — я на хвосте.
— Считай, что он уже отправился. Он должен добраться туда раньше тебя.
— Благодарю.
— Кто ты такой, чтобы за меня решать?! — взвизгнула Рельса, когда я прервал связь. — Я не хочу ни в какой обезьянник! Да кто ты такой, чтобы…