— Нужны.
— Тогда прикоснись ко мне.
— Все в порядке. — Я прижалась к столешнице позади меня, упрекая себя за то, что я зажалась в углу. — Ты говоришь, что ты мертв. Я тебе верю.
Взгляд Финна переместился к моему рту, затем снова к моим глазам.
— Все равно, прикоснись ко мне.
Глава 12
Финн
Эмма ничего не ответила. Я смотрел, как она кусала верхнюю губу, несомненно, обдумывая, было ли это хорошей идеей.
Она неуверенно подняла руку.
— Не двигайся. Я закричу, если ты двинешься. У моей мамы есть ружье, а живет она по девизу «сначала стреляй, а уж потом задавай вопросы», просто чтоб ты знал.
Я улыбнулся.
— В любом случае мне это не повредит.
Она легко прикоснулась к моей груди. Нырнув все дальше рукой, пока ее ладонь не оказалась в промежутке между моими легкими. Я закрыл глаза и сдержал стон. Это чувство. То, которого мне не хватало.
Эмма отдернула руку.
— Ты… ты дышишь.
Я опустил взгляд вниз на свою грудь, которая колотилась, будто я пробежал марафон.
— Да.
— Ты не дышал минуту назад. Т-т-тебе нужно дышать, если ты…
Я следил за тем, как моя грудь медленно вздымается и опускается.
— Нет, но иногда я не могу удержаться.
Понадобилось всего пять секунд, чтобы лицо Эммы побелело, и еще две, чтобы она приняла это за кошмар, нежели за реальность. Она издала сдавленный звук глубоко в горле и осторожно обошла меня, попятившись назад. Она стукнулась спиной о холодильник и замерла.
— Я никогда не наврежу тебе, не бойся.
— О, Боже Мой… ты… ты призрак. Я разговариваю с призраком. Я по-настоящему спятила.
— Ты не спятила. Клянусь. — Она посмотрела на меня, ее глаза были полны слез и надежды. — Я защищал тебя в течение двух лет. С тех пор как твой отец попал в аварию. Ты просто не видела меня прежде.
— Мой отец? — Ее голос надломился. — Ты знаешь моего папу?
— Нет, — сказал я. — Не совсем так. Я встречался с ним однажды.
— Но ты сказал…
— Я встретил его, когда он переходил. — Я понизил голос, словно это придало бы легкости моим словам. — Я встретил его, когда он умер. — Я не мог остановить огорчение, овладевающее мной. Даже когда я говорил с ней, она не помнила прошлого меня, до того дня.
— Можно мне поговорить с ним? — В ее словах звучала надежда. — Я могу принести доску. Может быть, если бы ты помог…
— Ты не можешь поговорить с ним, — прервал ее я. — Его здесь нет. Он где-то там, где лучше. — И она могла бы быть с ним, если бы не вмешался я.
Эмма опустилась на пол, и я последовал за ней. Слеза оставила след на ее щеке, покрытой мукой. Я почти мог почувствовать, как она ломалась изнутри снова и снова.
— Он что-нибудь сказал? — прошептала она, наконец. — Когда он умер?
— Он волновался за тебя, — сказал я. — Он хотел убедиться, что ты в порядке. Это все, что волновало его.
— Он испугался?
— За себя? — Я поднял бровь. — Нет. Ему и не нужно было. Некоторые из нас что угодно отдали бы, чтобы попасть туда, куда он ушел.
Эмма вытерла слезу с ее щеки, быстро, как будто она не хотела, чтобы я это видел. Поэтому я притворился, что не видел.
— Так, он в Раю? — спросила она. — Там действительно Рай?
— Да. — Я прислонился головой к холодильнику рядом с ней. — И Ад. И Межграничье. И другие места, о которых ты в действительности не захочешь знать.
Она села и посмотрела на меня.
— Куда ты ходишь… когда не здесь?
Я отвел взгляд.
— Я хожу в разные места. Но думаю, что ты имела в виду Межграничье.
— Что это?
Я старался придумать хороший способ, чтобы объяснить ей. Такого не было.
— Это… это в точности то, как оно звучит. Это как бы место для распределения душ, где-то между Раем и Адом. Это то место, где я повстречал тебя…
Я замер, подыскивая правильные слова. Кого я обманывал? Не было никаких правильных слов. Я любил ее. И я толкнул ее в жизнь, в которой мы не сможем быть вместе. Я высвободил злую душу, обрушил ее на Эмму за то, чего она не выбирала. Выбрала ли она это, если бы я предоставил ей шанс? Нет. Она бы никогда не выбрала пожертвовать кем-то ради самой себя.
— Что ты имел в виду, говоря, что встретил меня?
— Я знал тебя, когда ты была девушкой по имени Элисон, — сказал я осторожно.
— Элисон? Как то имя на моем зеркале? — Страх вспыхнул, словно пламя, в ее глазах, и она напряглась всем телом. — Как та девушка в моих снах?
— Ты не всегда была Эммой. До этого у тебя была другая жизнь. Та девушка умерла, но у вас с ней одна душа.