— Эмма, — сказал Финн позади меня.
Я сосредоточилась на швабре в моих руках. Твердой. Устойчивой. Я свалила кастрюлю полную битого стекла в мусорное ведро.
Финн вытащил швабру из моих рук.
— Посмотри на меня.
Я не смотрела на него. Я не могла. Я была готова разбиться вдребезги.
— Ты представляешь, что мама со мной сделает, если она придет домой и увидит это? Я не могу… она не должна увидеть это.
Он больше ничего не сказал, но также и не ушел. Уголком глаза я видела, что он бросал сломанные вещи в мусорное ведро. Он снимал стулья и ставил их обратно вокруг стола. Вытаскивал вилки и ножи из стены и тоже бросал их в мусор. Когда мы привели кухню в более приличную форму, я уставилась на отверстия, которые оставили вилки и ножи, пытаясь придумать хорошую ложь, почему дыры появились там. Мама бы заволновалась, если бы увидела их. Первым делом с утра мне нужно будет съездить в хозяйственный магазин и купить что-нибудь, чтобы закрыть их, прежде чем она заметит.
Финн последовал за мной через зал, и когда я заползала обратно на кровать, он лег около меня. Его щека прижалась к подушке рядом со мной, но подушка не мялась и не продавливалась под его весом.
— Кухня все еще выглядит ужасно. Думаешь, она поверит мне, если я скажу ей, что устроила вечеринку? — Я рассмеялась. Что-то вроде того. Я вжала кулаки в матрас. Почему я не могла перестать дрожать? — Возможно, она будет слишком увлечена своим новым другом, чтобы заметить все отверстия в стене.
— Тебе он нравится? — спросил он тихо, пытаясь сменить тему. Я могла бы выбрать и получше.
— Я не хочу, чтобы он мне нравился, — сказала я. — Я хочу своего папу обратно.
Финн потянулся, как будто собирался убрать волосы с моего лба, но остановился. Вместо этого он позволил себе опуститься на подушки.
— Ты не можешь получить его обратно, — прошептал он. — Не наказывай ее за это.
— Я не пытаюсь наказывать ее. — Я закрыла глаза и позволила себе почувствовать высокую температуру Финна у лица. Я хотела, чтобы он коснулся меня. Заставил меня забыть, что только что произошло. Закончил то, что он почти начал в гостиной, что теперь чувствовалось, будто бы было в прошлой жизни, но он не сделал. — Просто это больно.
— Знаю.
— Я хочу знать, как остановить ее, Финн, — сказала я. — Больше, нежели просто заклинания и шалфей. Скажи мне, что делать, чтобы остановить Мэв. Я сделаю это.
Он смотрел на меня, молча, как будто не знал, что сказать.
— Я не знаю, как остановить ее. Но я собираюсь выяснить это.
Глубоко вздохнув, я открыла руки и потянулась, чтобы прикоснуться к нему. Он смотрел на пальцы, молча, пока я не оказалась в одном дыхании от его груди.
— Не надо, — прошептал он.
Я посмотрела на него с удивлением.
— Почему?
Зеленые глаза Финна посмотрели в мои, и что-то во мне щелкнуло в тот момент. Он смотрел на меня как прежде. Я вспомнила. Или я, по крайней мере, помнила это чувство во мне. Электрическое. Нездоровое. Подавляющее и правильное.
— Потому что, если я коснусь тебя, я не смогу прекратить тебя касаться.
Я вытащила руку, но не отвела взгляд. Я не хотела терять это ощущение, которое заставляло мою голову кружиться. Не доверяя моим рукам, я положила их между лицом и подушкой.
— Тогда просто оставайся со мной, — сказала я.
Финн кивнул против подушки.
— Хорошо.
Глава 20
Финн
В такие минуты я благодарил Бога, что я ничего не чувствовал. Ноябрьский ветер проходил через меня, сбивая последние листья с деревьев вокруг, когда я ждал снаружи школы Эммы, когда прозвенит звонок.
Никаких признаков Мэв не было почти неделю. Несмотря на то, что я не хотел быть вдали от Эммы, я не мог больше выдерживать монотонность ее уроков. Молчание Мэв было прекрасной возможностью сбежать от бесполезной информации, закачивавшиеся в мою голову. Я никогда не был отличником в школе. В то время как другие дети старательно запихивали носы в книги, я был где-то в другом месте, смотрел из окна, витал в облаках, в которых, в конечном счете, и умер. Думаю, вот почему я фактически ухватился за шанс улететь в них. Я все еще мог слышать маму, когда она настолько резко положила тарелки в металлическую раковину, что я думал, что они могли бы разбиться.
— Финн, ты не можешь уйти. Они не могут заставить тебя. Ты ведь еще ребенок. Ты еще даже не закончил школу. — Она плакала, и слезы текли вниз по щекам, изборожденным морщинами от многих лет беспокойства и напряженной работы.