Понимая, что шансы остаться целым у меня сохраняются до тех пор, пока люди не схватились за атакующие амулеты, я не сбавлял темпа. Метнувшись к ближайшей парочке с арбалетами, я одним широким движением снес с плеч их пустые головы, затем оттолкнулся от удачно подвернувшегося дерева и прыгнул к мужику, которого для себя определил как командира. Он уже направил в мою сторону какую-то непонятную загогулину, но по примеру подчиненных потерял голову, не успев активировать амулет.
Это удалось сделать одному из тех, кто бросился в сторону лагеря. Дерево рядом со мной взорвалось, осыпав меня грудой колючих щепок. Понимая, что самое время применить сто первый прием карате, именуемый тактическим отступлением, я перекатился по земле и метнулся под защиту ближайших кустов. Секунду спустя раздался хлопок, и их охватило неистовое пламя. Яркая вспышка ослепила меня, а жар опалил лопатки. Положившись на остальные органы чувств, я устремился в чащу. Сзади послышался знакомый треск и шум падения, затем еще. Судя по всему, деревья и магические заряды в амулетах люди жалеть не собирались. Отбежав от места схватки на безопасное расстояние, я затаился под какой-то корягой и обратился в слух, пытаясь прогнать плавающие перед глазами разноцветные пятна.
Спустя пару минут стало ясно, преследовать меня наемники не рискнули. Оно и понятно — в живых из отряда осталось лишь четверо, один, а возможно, двое серьезно ранены.
«Надо добивать, пока не очухались!» — подумал я.
Подождав, пока зрение более-менее восстановится, я сделал круг и зашел к отряду со стороны дозорных, тела которых еще не успели обнаружить. Поднял массивный труп наблюдателя и поволок его туда, где слышались возмущенные крики. Один из наемников хотел подорвать мост (видимо, в надежде хоть таким способом нам насолить), а два других уговаривали его повременить. Медлить было нельзя. Подобравшись со своей ношей к густым кустам, я схватил мертвеца за куртку и засаленные волосы, поднял и понес впереди себя.
Заметив продиравшегося через заросли коллегу, наемники окликнули его, я же в ответ издал жалобный стон и принялся раскачивать труп. Руки моей «куклы» болтались, создавая плохонькую иллюзию жизни. Темная ночь, угасающее пламя костра, который я предусмотрительно оставил в стороне — все это позволило моей, скажем прямо, хлипенькой маскировке продержаться несколько секунд, пока я не выбрался на открытое пространство.
Толкнув мертвеца к товарищам, я врубил эмпатию на полную катушку, парализуя наемников ужасом. Само собой, это можно было сделать и в момент первой атаки, вот только я — не марилана. Накрыть весь рассредоточившийся многочисленный отряд у меня бы не получилось, что подтверждали недавние прогулки по Ирхону. А если и получилось, эффект все равно был бы намного меньшим. Сейчас же троица дееспособных наемников, один из которых зажимал рану на боку, застыла на целую секунду, тупо уставившись на рухнувшее тело товарища. Выхватив ножи, я сделал два точных и смертельных броска, но третий уже не успел. Поборовший ужас раненый наемник швырнул в меня каким-то шариком.
Последовав совету паранойи, я не просто уклонился от таинственного снаряда, а прыгнул в сторону. Совет был дельным. Шарик упал туда, где я находился полсекунды назад, и разорвался с оглушительным грохотом, осыпав меня травой и комьями земли. А наемник уже достал из кармана новый. На моей перевязи еще осталось несколько ножей, но расстояние было велико — человек мог легко увернуться. Сделав новый прыжок на пределе возможностей, я приземлился рядом с обезглавленными арбалетчиками. Оружие одного из них было готово к бою, болт валялся рядом. Чувствуя, как драгоценное время утекает сквозь пальцы, я швырнул заготовленный нож, заставляя наемника уклониться, подхватил арбалет, вложил в него снаряд и навскидку выстрелил в метателя.
Не знаю, какой магией был начинен болт, но угодив в грудь наемника, он проделал в ней дыру величиной с кулак и отбросил тело несчастного в догоравшие кусты. Выпавший из пальцев человека глиняный шар разорвался с аналогичным грохотом, но вреда мне не принес. Вспомнив о раненом в шею, я поспешил к нему. Бородач сидел на земле, обхватив горло рукой и тихо булькая. Никакой опасности он не представлял, как и ценности в качестве источника информации. Достав из перевязи очередной нож, я издали поставил жирную точку в схватке, после чего сунул пальцы в рот и залихватски свистнул.