Хмыкнув, я оставил в покое блаженствующую кошку и вернулся под бок к супруге. К нам присоединились котята, пребывающие в состоянии когнитивного диссонанса, которое им очень не нравилось. Несмотря на то, что услышанные пушистиками чувства были приятными, их мощь не пошла на пользу неокрепшим разумам, и Кар с Линью потянулись к нам, подсознательно надеясь, что нехитрые ласки помогут им вернуть душевное равновесие.
Лежа на солнышке, мы гладили котят и мало-помалу отходили от впечатлений. Силы постепенно возвращались, взамен ощущения полнейшего раздрая от пронесшейся эмоциональной бури на нас снизошло удивительное спокойствие и умиротворение. Если я не ошибаюсь, у буддистских монахов существует понятие просветления. Готов поспорить, мы его достигли. Во всяком случае, я раньше никогда не ощущал такого поразительного единения с окружающим миром, когда все тревоги и заботы кажутся ничтожными, а личность отступает перед величием космоса.
Правда, гармонировать с вселенной нам быстро надоело. К тому же мой желудок решил напомнить, что сегодня он остался без завтрака, и я предложил вернуться домой.
— Подожди, дай только искупаюсь, — попросила Вика.
Поднявшись, орчанка вошла в прохладную воду. Поневоле залюбовавшись плескавшейся на мелководье супругой, я вскоре ощутил готовность к новым подвигам. Долго не раздумывая, подошел к любимой, крепко обнял и приник к ее сочным губам. Вика охотно ответила на поцелуй, однако едва я углубил его, плавно переходя к предварительным ласкам, мягко отстранила меня и сказала:
— Не сейчас. У Лисенка сегодня первый раз, не нужно ее мучить.
Я немого обиделся, так как уже успел настроиться на продолжение. Хотел было напомнить супруге, что у Ушастика имеется в запасе множество целебных зелий, да и в лечебном магическом массаже эльф руку набил, но потом передумал. Обозвал себя сексуальным маньяком и взял эмоции под контроль. Как говорится, хорошего понемножку. Искупавшись, мы в четыре руки помыли большую кошку, тоже решившую освежиться, позагорали еще немного (мало ли, вдруг голубки решатся на третий дубль?), а когда штаны и шерстка подруги подсохли, потопали домой.
Странное дело, но живительный секс вправил мне мозги. Я вспомнил старушку-Землю, где благодаря интернету любой младшеклассник знает все о пестиках и тычинках, где быстро созревшие школьницы изучают анатомию человека не на уроках биологии, а на внеклассных занятиях, где ранними браками никого не удивишь (я сейчас не имею в виду страны третьего мира вроде Африки или Индии, поскольку, к примеру, в той же Франции замуж разрешено выходить в пятнадцать, а в некоторых американских штатах эта планка опускается до тринадцати лет), и понял, что Вика права. Лисенок уже не ребенок. Она была им недавно, но за время нашего знакомства успела вырасти. Просто, занятый тренировками, я этого не заметил.
Достигнув консенсуса со своей совестью, я задумался над грядущими перспективами, которые оптимизма не внушали. Рано или поздно эльфу надоест миловаться с Лисенком — это факт, основанный на памяти Ушастика. Рыжая не в его вкусе, и если бы не отсутствие альтернативы (не с Муркой же ему кувыркаться?) и острая потребность в полноценных сексуальных отношениях, Дар вряд ли обратил бы внимание на девушку. А потребность была острее некуда. Доселе-то брату перепадал один суррогат — сегодня мне довелось почувствовать разницу, поэтому немудрено, что эльф сорвался. Но отношения с Лисенком для него — не панацея, а лишь временная отсрочка, и едва в пределах досягаемости замаячит объект, близкий стандартам Ушастика, рыжая окажется за бортом. А это приведет к новому расколу в семье, который душещипательными беседами не ликвидируешь.
Раздумья привели к тому, что вскоре от моего умиротворения не осталось и следа. Я был мрачнее тучи и жалел, что не смог предотвратить неприятную ситуацию. Давно нужно было выдать брату пару-тройку золотых и под благовидным предлогом отправить в Страд! Погулял бы, развеялся, хорошо провел время. Но нет, один раз получив отказ на свое предложение, я эту тему больше не поднимал, решив, если Ушастику припечет, он обязательно мне об этом скажет. И не подумал, что специфическое воспитание не позволит эльфу делиться личными проблемами даже с родней.
В доме царила идиллия. Дар с Лисенком занимались приготовлением обеда. Рыжая бабочкой порхала по кухне, фонтанируя счастьем и едва не светясь от переполняющей ее энергии. Ушастик же, наоборот, неспешно нарезал овощи, делая вид, что ничего особенного не произошло, а у самого на губах играла довольная улыбка, как у кота, обожравшегося сметаной. Мурка с котятами сразу отправились отсыпаться, Вика охотно включилась в процесс готовки, а передо мной заботливая Лисенок поставила тарелки с остатками завтрака.