Отрезвление пришло неожиданно. Вручив своей пассии на очередном свидании бабушкино кольцо с камнем силы, эльф открыл ей свои чувства, но вместо ответного признания и бурного секса, на который втайне рассчитывал, получил жесткую отповедь. Девушка заявила, что она не продажная дешевка из дома терпимости, и вообще, Дарит должен быть счастлив, что она снизошла до общения с ним. Швырнув кольцо в лицо Ушастика, фифа удалилась, оставив парня в непонятках. Несколько дней переживаний и тщетных попыток понять, что же он сделал не так, а затем случайная встреча любимой в компании прежнего бойфренда, дяде которого, как судачили школьные сплетницы, удалось застолбить для любимого родственника престижное место в городской администрации, расставила все по своим местам.
Обжегшись на первой любви, Дар стал осторожным и отношений в школе больше не заводил. После выпуска наступил сложный период неопределенности. Безуспешный поиск хорошо оплачиваемой работы, переезды из города в город, частные трудоемкие заказы — тут уж не до романтики. Новые знакомые из числа таких же временно безработных познакомили парня с сомнительными прелестями городских домов терпимости, а проще говоря, борделей. Ушастик их не оценил. Стыдно, противно и дорого для начинающего мага, незавидное финансовое положение которого не располагало к большим тратам.
Несколько долгих лет скитаний по городам и селам не принесли побед на любовном фронте. Причем вины Дарита здесь не было, постаралась сама эльфийская культура, которая изначально превозносила женщин над мужчинами. Культ Великой Матери и традиционное воспитание приводило к завышенной самооценке у девушек, которые всерьез считали себя неотразимыми и все, как одна, рассчитывали встретить на своем пути прекрасного принца, до которого Дарит явно не дотягивал.
В итоге Ушастик пролетал с отношениями, как фанера над Парижем. Аристократки и прочие высокородные представительницы прекрасного пола безработного мага, не способного похвастаться длиной своей родословной, в качестве партнера для любовных утех не рассматривали, мало-мальски обеспеченных девиц давно сосватали родители, а даже в самых бедных деревнях расплачиваться за магические услуги «натурой» было не принято. Вера не позволяла. Хотя как это соотносилось с тем, что совершеннолетние девушки, оставшись без средств к существованию, без особых моральных терзаний шли работать в дома терпимости — не представляю.
О времени обучения в Академии можно не упоминать. Женщин в стенах этого заведения было всего три — инструкторша, которую я уже упоминал, и пара целительниц, что в силу своего возраста не вызывали вожделения даже у посаженных на голодный паек будущих лесных стражей. Увольнения? О чем это вы? Курс дорогостоящих зелий, который рассчитывался индивидуально, требовал определенной диеты и не терпел излишеств типа алкоголя или легких наркотиков. Так что выйти из стен Академии можно было, только получив звание мастера. А некоторые добавки в пище помогали излишне озабоченным сосредоточиться на обучении.
Что любопытно, инструкторша Дарита абсолютно не привлекала. Сложно испытывать положительные эмоции к садистке, которая несколько лет подряд издевалась над твоим телом и мозгами. А тот эпизод, на основании которого я сделал скоропалительный вывод, был вырван из контекста. На самом деле Дарит пытался сопротивляться пыткам, отвлекаясь от боли простейшим методом, а поскольку в ментальных техниках Ушастик был докой, я не ощутил притаившуюся в глубине его сознания лютую ненависть к садистке с впечатляющим бюстом. Возможно, заинтересуйся я теорией психологической ломки, практикой полевого допроса и прочими учебными дисциплинами, коими заведовала сия дама, смог бы почувствовать истинное отношение Дара к наставнице, но мне хватило одного воспоминания, в котором та с любовью три часа рассказывала о болевых точках. И демонстрировала воздействие на них. На живом человеке. Используя массу подручных инструментов… Бэ-э, мерзость!