ом беззаботно держалась, что ли? Могла б и убедительней соврать! - Почему... ты так решила? - в начале фразы голос подвел Луну, и в ту секунду она была готова придушить себя за это. Ведь так Розмари окончательно уверилась в своей правоте. - Обычно ты более разговорчива. И не опасаешься меня, как сейчас. Твои руки. Луна беззвучно ахнула и разомкнула затекшие в замке пальцы. Так глупо провалиться! И она после этого - Сестра? Да неужели она так сильно боится Розмари, что даже не может ей нормально солгать? А в руках Розмари вдруг очутился маленький флакончик темного стекла. Амаранта откупорила его, подтянула к себе маленькую жаровню, тихо чадящую на столике рядом с подлокотником, и уронила в нее несколько капелек темно-красного масла. Попав на угли, масло зашипело. Из чаши побежал, змеясь и танцуя, густой серый дым. - Расслабься. Разве нужно бояться? Не бойся. Подойди ближе, - молвила Розмари, протягивая чашу навстречу Луне. Дым заколыхался. Угли затрещали. - Расскажи о вашем с королевной споре. Мне нужно знать все. И пустяки тоже. Ничего личного. Задержав дыхание, Луна покачнулась; не удержав равновесия, она всплеснула руками и сделала крошечный шаг в сторону - и назад. Слухи среди Сестер, несмотря на тщательные меры предосторожности против домыслов и паники, расходятся легко. Поэтому все Сестры знали: у амаранты есть особое масло, заставляющее говорить правду, а противодействие ему пока не придумали. Так что теперь Луна, хочет или нет, а с радостью расскажет обо всем. То есть, вообще обо всем. Но она не хотела делать это - и поэтому упрямо сдерживала очередной вдох. Розмари приподняла бровь. Не меньше минуты Сестры Амаранта неотрывно глядели друг на друга, а воздух все сильней мутнел и насыщался ароматным дымом. Горло Луны сдавило. Даже на глубине в пятьдесят локтей под водой ей не было так душно. В конце концов, не выдержав взгляда Розмари, Луна посмотрела на чашу, с опаской вдохнула, ощутила запах цветов и трав - и вдруг поняла, что бояться действительно нечего. Приятный, нежный запах благовония успокоил ее. Лишь на краю сознания затрепетала паническая мысль: «Попалась!». Возникла и пропала. - Нет, я не боюсь. Мне нечего скрывать. Розмари медленно кивнула. - Очень хорошо. Я не люблю тянуть время... Теперь расскажи, как вы поссорились, в деталях. Что этому предшествовало? Что последовало потом? И почему ты на самом деле вернулась домой? Кивнув, Луна закрыла глаза и заговорила. Речь полилась будто сама собою, на удивление плавно, как обычно, когда Луне не приходилось ничего скрывать; она стала рассказывать о Лиенне, об их знакомстве, о спорах с ней, об учебе, о ссоре и об итоговом расколе. Все по порядку. Луна говорила и порою даже с удивлением вслушивалась в собственные слова. Говорила - и ей становилось легче. Правда не резала слух и не вызывала отторжения. Но глаза Луна все-таки держала закрытыми. Когда она закончила, Розмари ударила руками по подлокотникам и откинулась на спинку кресла. Луна поразилась ее сдержанности. Ни обвинений во лжи, ни допросов, ни пыток. Ходили слухи, что именно она изобрела это масло, чтобы не тратить время попусту. В этом вся Розмари. - Значит, это ты спровоцировала ссору со всеми друзьями Тамхаса. И сбежала. Я правильно поняла? - вздыхая, спросила амаранта. Луна уверенно покачала головой. - Нет. - Да. Даже если ты уверена, что все иначе, - возразила Розмари. - Я знаю тебя почти всю жизнь. Так что я в этом не сомневаюсь. И если я должна судить по твоему рассказу, то я говорю: Лиенна ответила тебе так, как ты это заслужила. Ты сама их вынудила тебя прогнать. Розмари вдохнула и шумно выдохнула. Как будто проглотила какую-то фразу, уже готовую вырваться наружу. - Что же, ты совсем из ума выжила? Луна! «Особенная», видите ли! Плюнула на Тамхаса, забыла о моем приказе! Решила, что можешь указывать! Ты! Тамхасу! Королевне! Ну, это уже слишком! Луна чуть не подпрыгнула от резкого окрика. У нее зазвенело в ушах. Да ладно, и раньше порою случались неурядицы, что такого? Все можно исправить. - Рози... - Я давно уже не Рози. Я Розмари. Я ваша амаранта. Амаранта, ты слышишь меня, младшая Сестра? Во имя Богини, еще раз посмеешь показать себя особенной, когда тебя об этом не просят, - и я заточу тебя в корни лозы! Знаешь, что там с тобой будет? - Оттуда выходят через неделю постаревшими на год. Я знаю. - Разве ты забыла, что нам всегда было нужно от королей Веркинджеса? - продолжила Розмари, не обращая внимания на слова Луны. - Ты забыла, на что способен этот... Иса, да еще вместе со стариком? Лиенна получит, что ей положено, и без нас, а когда она взойдет на трон, Амарант вновь останется с носом! Она-то - и на трон? Луна стиснула губы, гордо вскинула подбородок и скрестила руки на груди. - Не взойдет. Она проводник. Розмари криво усмехнулась на ее дерзость. - А сейчас Поход. Вспомни старика, Тамхаса. Вспомни, кем он стал после Похода. Улавливаешь связь, сестрица? Розмари досадливо вздохнула и запустила руки в волосы, заслонив пальцами татуировку на лбу. Похоже, она сумела обуздать гнев, но от ее очень спокойного голоса Луне стало тревожно: - Мы как будто прокляты. Ох. Скажи-ка, сколько тебе сейчас лет. - Тридцать девять, - настороженно ответила Луна. При чем тут это? - Так. А сколько было, когда тебя отдали Тамхасу, чтобы ты шпионила для него и для нас и училась у него тайнам проводников? - И ничего меня не отдали! - вспылила Луна. - Это была партнерская сделка с Изольдой! - Сколько? - ледяным голосом повторила Розмари, не поднимая головы. Луна выдохнула сквозь зубы и помедлила, пытаясь сосчитать. - Шестнадцать. Розмари еле заметно кивнула. - Верно. А теперь проведи аналогию. Это сейчас опять о Лиенне? Хмыкнув, Луна развела руками. - Лиенне на днях исполнится шестнадцать. Она тоже альбинос. Она тоже сейчас у Тамхаса. Ну. И что с того? - То, что ты обязана ей помочь. Хоть раз подумай не только о себе. Покажи, что ты ей не враг, что ты понимаешь ее как никто другой. Она нужна нам. Нам, а не кому-то другому, - почти нежно повторила Розмари и изобразила приветливую улыбку, но глаза ее в маске учтивости остались такими же холодными, как у тех ледяных детей, у Иса. И ей не шла улыбка. В ней чувствовалось превосходство, и только. Луна разозлилась. - Что? Девчонка? Да она такая наивная, что... Розмари жестом приказала Луне молчать. Хмыкнула. Стиснула пальцы до белизны под ногтями. Помолчала тоже. - О, теперь я вижу. Понимаю. Тебе нужно немного отдохнуть и подумать - я могу это устроить. Останешься в нижней келье на несколько дней. Одиночество и тренировки - все, что тебе нужно, сестричка. Там ты вспомнишь, чему тебя учили всю жизнь. Хватит с меня этих детских забав. Нам нельзя расслабляться! Только не сейчас! Понимаешь ты это? Но Луна стояла молча, глядя куда-то сквозь амаранту. Ей казалось, что та кричит не на нее. Выдохнув, Розмари встала, прошла мимо Луны к выходу и пригласила одну из стражей зайти в зал. А Луна осталась стоять к двери спиной, пытаясь отделаться от незаконченной мысли о наивной девчонке Лиенне. Не высказанная до конца, она раз за разом повторялась в голове и не давала покоя. А сердце в груди Луны при этом билось так, что пульсировали кончики пальцев. - Отведи ее в любую нижнюю келью, - услышала Луна позади себя и гордо подняла голову. - И передай, чтобы ее брали на все тренировки. Да, пожалуй, день действительно не задался... Корни таинственной лозы уходили глубоко вниз, прогрызаясь даже сквозь камень, и достигали тюремных камер под Святилищем, до того душных, что сохранять там ясный рассудок было невозможно. Но уснуть тоже не получалось. По словам редких освобожденных, едва закроешь глаза - и тотчас накатывает необъяснимый безотчетный ужас, доводящий до исступления. Так что камеры под Святилищем свели с ума и выпили жизнь из многих. А когда заключенные погибали там, то на голых стеблях лозы распускались листья и даже изредка - багрово-алые цветы. Завораживающая красота - и большая ценность. Ведь именно они - главный компонент краски для татуировок Сестер и для статуй амарант. Ну а нижние кельи Святилища, что на уровне поверхности земли, почти не опасны. Они лишь слегка меняют восприятие и постепенно погружают своих обитателей в транс, но не крадут жизненные силы. Так что иногда и Сестры, и лично амаранта добровольно заточали себя в них на день-два, дабы отрешиться от суеты и волнений внешнего мира. Сюда-то и привели Луну. Дверь за ее спиной закрылась, и в замке гулко щелкнул ключ. Но, даже оказавшись запертой в нижней келье, Луна просто замерла на том же месте, где ее оставили, слабо улыбаясь в пространство. Ей не верилось. Да ладно, это всего лишь шутка, провокация, ведь Розмари даже не отняла у нее кристалл. При желании Луна легко может отсюда уйти. Лоза на уровне границы между землей и воздухом совсем не поглощает энергию виолита. В глухой тишине Луна подняла руки и положила их на теплый кристалл. Глубоко вдохнула - и что-то в воздухе нижней кельи показалось ей знакомым. Луна принюхалась, не меняя положения тела. Масло Розмари? Значит, в лозе его секрет? Но время неумолимо шло, а ничего не менялось. Ноги и спина Луны затекли и ныли от стояния в одной позе, звук глубокого дыхания гремел в ушах, а никто так и не приходил, чтобы выпустить ее, погрозить пальцем и сказать: «Это было в последний раз». Розмари не пошутила. Ее действительно наказали. Наказали! Ее! И тогда Луна опустила руки, выхватила кинжалы из ножен на бедрах, р