поморгала, чтобы смахнуть проступившие слезы. - Чего стоишь? Пойдем. Еще насмотришься, давай. Служба почти закончилась. - Опоздали, - проскрипел Гестус, неодобрительно глядя на Мелинду, и ей показалось, что виноватой понтифик считает ее. Но Мелинде было не привыкать. Большая часть служителей округа Гела ее в лучшем случае терпела. - Мы отслужили свою утреннюю дома. Богиня нас простит, - парировал Ларус и зашагал по аллее. Промокнув уголки глаз, Мелинда поспешила следом за ним. Огромный молитвенный зал был почти пуст. На женской, сине-лунной половине десятка два пожилых женщин и старух внимали словам жреца. На мужской, солнечно-желтой, весь первый ряд скамей занимали широкие фигуры в синем. Это понтифики из дальних округов приезжали заранее и ночевали в деревне, а поутру отбывали здесь службу. Через одну их синие фигуры чередовались с медно-стальными - рыцарями Солнца: у каждого понтифика всегда был при себе один телохранитель из церковного воинства. А великий понтифик Веркинджеса Арлен распоряжался целой дюжиной. Но об этом Мелинда задумалась лишь мельком. Ее волновало иное. Статуя. Ей до сих пор не хотелось принимать это, но... но она верила своим глазам. А они видели: в сложенных чашей руках Богини было пусто и темно, и ее лицо, темное и заплаканное, сурово глядело вниз. Огонь Милосердия иссяк еще зимой, и игра света, которая наделяла это лицо добротой, исчезла вместе с ним. Тяжести нынешнего холодного взгляда Мелинда не выдержала и отвернулась. Слезы подкатили к горлу церковницы снова - но не от восхищения, а от горечи. Проглотив комок, Мелинда пошла следом за Ларусом дальше по знакомому пути. За ее спиной в молитвенном зале повисло, окаймленное звуком шагов, последнее слово жреца. У входа в совещательный зал их встретил местный церковный воин со списком в руках. Впрочем, Мелинда сомневалась, что он в него хотя бы раз посмотрел. Незачем. По крайней мере, при ней состав участников из года в год оставался одним и тем же. Ларус беспрепятственно вошел в зал, за ним - Гестус и его секретарь, Мелинде же пришлось отступить к стене, чтобы пропустить подоспевших понтификов, которые демонстративно ее не замечали. Синие робы одна за другой стали исчезать за дверью. Последним среди них шел Сёрен - тот самый. Мелинда знала, что понтифик королевского церковного прихода обязательно придет, но все равно напряглась, его увидев. Сердце в ее груди застучало чаще, кончики пальцев задрожали. Она вгляделась в его профиль и ощутила неприятное раздвоение - как будто посмотрела в разбитое зеркало, отражения в осколках которого не совпадают краями друг с другом. Сёрен выглядел обычно - таким же, каким она его помнила. Ничто в его внешности не указывало на приоткрывшиеся ей секреты. Но она-то теперь знает больше... - Вы Мелинда? Подождите вон там, на скамье, под аркой. Вас пригласят позже, - вдруг услышала она и вздрогнула от неожиданности. - А? - Отойдите, сестра, не стойте посреди коридора, - пояснил рыцарь. Очевидно, когда последний понтифик вошел в зал советов, он обратил внимание на нее, одинокую девушку в церковной одежде, а затем заглянул в свой список. Мелинде не хотелось знать, как именно она там записана. - Сейчас подойдет его высокопреосвященство. Мелинда покорно кивнула и отошла в нишу под указанной аркой, только теперь ощутив, как взмокла ее спина от пота. Позади нее снова зазвучал голос рыцаря, который стал объяснять приезжим коллегам, как попасть в храмовую казарму. Когда он смолк, позади нее ритмично забряцало, все удаляясь, несколько кольчуг. Мелинда, приземлившись на скамью, успела проводить рыцарей взглядом, прежде чем они вышли в дверь в дальнем конце перехода. Но наружу вышли не все: одна из фигур, наоборот, приближалась к ней. Присмотревшись, Мелинда узнала походку, осанку и, наконец, скуластое острое лицо Инги. - Что такое? - спросила церковница, когда Инга подошла близко и встала перед ней. Воительница улыбалась, но ее суровые широкие брови делали приветливую улыбку тревожной. - Ты хотела поговорить. Вот я здесь, - сообщила Инга. Голос у нее был низкий, хорошо поставленный и очень звучный. Наверняка им хорошо отдавать приказы. Пару секунд Мелинда пыталась вспомнить, когда она просила о разговоре, а потом ее осенило: Инга решила, что тогда, в дилижансе, Мелинда приглашала ее не просто пересесть, а поговорить! Вот почему она тогда кивнула и улыбнулась, но осталась на прежнем месте. А теперь понтифик Гестус, которого ей положено охранять, сел в зале советов, и у нее появилось свободное время. - А-а. Да, спасибо, что пришла. Сядь со мной, - кивнула Мелинда, решив не упускать такую возможность. Они очень редко виделись, а ведь Инга чем-то ее привлекала. Наверное, своей суровостью и отстраненностью. И странностью тоже: зачем ей общаться с проводником, когда здесь полно магов Солнца, таких же, как сама Инга? Инга довольно прищурилась и села рядом. Шлем она сняла и поставила себе на колени, придерживая его руками за тонкие рыжие крылья. - Ну... хорошо здесь, правда? Прохладно... А то сегодня жарко что-то, даже для середины лета... - нерешительно заговорила Мелинда, когда молчание затянулось. Инга усмехнулась в голос, склонила голову. - Да-а. Хорошо здесь. И они опять замолчали. Думая, о чем же еще поговорить, Мелинда вдруг поняла, что Ингу определенно не тяготит молчание, да и говорить первой она не торопится. Ясное дело: ждет. Тут стали слышны, все приближаясь, шаги. Девушки, скрытые выступами арки, переглянулись между собою, осторожно выглянули наружу - и пронаблюдали, как великий понтифик Арлен, оставив дюжину своих рыцарей у двери, степенно входит в зал советов. Старик выглядел весьма торжественно: серебряная кайма на его синем облачении блестела, как родник в солнечный полдень. Кончик вздернутого носа указывал в потолок. Мелинда, заметив, как на нее смотрит дежурящий у входа рыцарь, хихикнула и спряталась обратно. - Чувствую себя шпионкой, - прокомментировала она тихонько... и поразилась тому, как точно это описывает ее нынешнюю жизнь. Жаль только, в зал не впустили. Пошпионить. Для Тамхаса и компании. Эта мысленная цепочка вызвала у нее новый смешок - но веселость ушла, как только Мелинда снова встретилась взглядом с Ингой. Не при защитниках церкви так шутить. Однако Инга не разозлилась и не обиделась, а только ответила: - Можешь не сомневаться: твои окружающие чувствуют тебя шпионкой тоже. Я знаю. Мелинде подумалось, что она поняла, почему Инга так мало говорит: ее речь бывает тяжело понять. - Я догадывалась об этом. Ну, на все воля богов, а я такая, какая есть. - Да. Мы все такие, какие есть, - согласилась Инга. - А тебе такой не страшно быть в церкви? - Ты имеешь в виду - с моим даром? - уточнила Мелинда. По ее спине пробежал холодок. Инга кивнула. - Иногда страшно, - подумав, осторожно признала церковница. - Когда я совсем одна. Когда вокруг меня только те, кто, как ты говоришь... считает меня шпионкой и Богиня знает кем еще. А таких у нас много. - Таких у нас - почти все, - вставила Инга. - И ты тоже? - не удержалась Мелинда. - А я в первую очередь! - подтвердила воительница. Но прозвучало это, на удивление, совсем не грозно, а довольно мягко. Инга явно опасалась ее оттолкнуть... но Мелинда не сомневалась: это только пока той скучно. Пренебрежительно-брезгливо к ней относились почти все служители округа Гела. Тут Инга была права. - Правда? А почему тогда ты пришла? - все-таки спросила Мелинда, понимая, что на этом их разговор может завершиться. Но ей захотелось знать, а Инга оставляла впечатление прямолинейного человека. Воительница обняла свой шлем обеими руками и склонила к нему голову, почти царапнув щеку острым медным пером. Все время она неотрывно наблюдала за Мелиндой; глаза у нее были большие, выпуклые и черные - будто птичьи. Меж верхних зубов темнела тонкая щель. - Ты позвала. И еще ты не такая, как мои друзья. Друзья?.. ну, ладно, - вздохнула Инга, так и не найдя более подходящего слова. - Да, не как мои... друзья. Я и ты, мы похожи. Знаешь, чем? Одинокие. Мало говорим. Я вот люблю слушать других. Но эти... замолкают, когда я прихожу. Боятся? Не знаю. Я их не знаю. А они меня. Инга смолкла и перевела дух - как будто долго бежала и вдруг остановилась. Мелинда кивнула. Она прониклась сочувствием к этой необычной женщине. - Я понимаю. Сочувствую тебе... Жаль, что мы не начали общаться раньше. Можем продолжить сейчас, если ты захочешь. Инга закивала, заулыбалась. Грубые черты ее лица стали мягче, как будто подтаял лед. - Да. Спасибо, Мелинда. Тогда я спрошу у тебя еще. Каков твой дар? Он похож на мой? Это оказалось неожиданно сложно: ответ не сразу сложился у Мелинды в голове. - Я не знаю, каков твой дар, но думаю, что они похожи, - ответила она. - Это ведь тоже магия. Но ты, наверное, считаешь, что я должна испытывать вину и раскаяние за него? Да, мне жаль, что это пало на меня, но... Знаешь, я поняла, что я невиновна. Дар - это просто инструмент. Такой же, как и твой меч. Я могла бы разрушать и убивать с его помощью, но я выбрала служение добру, потому что я не плохой человек. Как и ты. Мелинда подняла руки ладонями к себе, чтобы Инга увидела на ее предплечьях медные браслеты. Когда-то церковница-проводник даже видела в них свое кроткое отражение. Но даже теперь, когда зеркальная поверхность меди стала шероховатой и темной, Мелинда старалась не забывать: она не плохой человек. Это помогало ей держаться, будучи проводником... в стане вр