- И что сделал король?
- Он внезапно отменил несколько приказов и поехал сам, лично, в южную провинцию Милестии. После этого стало немного спокойнее и в нашей стране, и со стороны восточных соседей. Тогда я и заподозрил, что у Бринэинна появился некий советник... или советчик. Если бы не он, страны обязательно столкнулись бы в открытом конфликте. И из-за кого? Из-за единственной женщины, которая наверняка и понятия не имела о таких последствиях внешне выгодного брака.
- Может, это и был Сёрен? - спросил Катэль.
- Не знаю. Может быть. Пометь. Представляешь, я до сих пор не знаю Сёрена в лицо. Никогда его ни в чем не подозревал, даже в голову не приходили такие мысли, - усмехнулся Тамхас. - Может, это его я часто и видел входящим во дворец в любое время суток. В 199 году его как раз официально перевели из окружной церкви в дворцовый храм. А я не хожу в храмы.
- Но не слишком ли много для служителя церкви? - продолжил рассуждать вслух Катэль. - Организовать убийц, избавиться от них, потом втереться в доверие к королю...
Тамхас вдруг поднял раскрытую ладонь. Катэль смолк.
- Стоп. Что ты сейчас сказал? Организовать убийц? Как я сам об этом не подумал?
Он пощелкал пальцами, часто моргая. Катэль с непониманием посмотрел на его худые вскинутые костяшки.
- Что?
Тамхас тряхнул головой, наклонился вперед и понизил голос:
- Бринэинн был знаком с Сёреном задолго до смены власти. Они очень давно связаны. Они вместе придумали, как избавиться от прежних правителей, и все организовали. Это король отдал ему клинок и шкатулку. Сам, своими руками. Вот единственное объяснение произошедшему! Тогда все встает на свои места.
Катэль нахмурился. Перед ним промелькнуло нечто похожее на торжество, оно почти ослепило - и тотчас исчезло. Разум его прогнал.
- А мы можем это доказать? - спросил он, подавив вздох.
- Пока нет. Только... а надо ли нам это, Катэль? Ведь тогда Бринэинн сможет обелить себя. Мол, его задавил своей волей старший по возрасту. Так он говорил, когда снимал меня с должности советника.
«Надо ли нам это?» В душе Катэля снова поднялась горячая волна гнева и протеста.
- А если мы найдем неопровержимые доказательства тому, что это Бринэинн вынудил Сёрена подчиняться ему во всех его коварных замыслах? Тогда получится?
- Пойми: чтобы предъявить такие подробные обвинения, нужно много доказательств... Недостаточно лишь газет да наших воспоминаний и догадок. Но, быть может, Эмилиану уже удалось найти что-то по этому вопросу. Или Мелинде, или Луне... Мы ведь не одни. Да... не одни.
Тамхас медленно кивнул. Катэль поспешно записал настигшее их озарение, чтобы не забыть. Рядом с ним опять зашелестели газеты.
- Вернемся к этому позже. А сейчас - идем дальше. Вот, в середине 207 года сообщество изобретателей вышло на центральную площадь в знак протеста. Законы, ограничившие наши свободы, задели всех, кто использует виолиты как источник энергии для механизмов или как предмет исследований. Все документы по виолиту, кроме государственных закупок, стали идти через церковь. За месяц до протеста вновь усложнился порядок выдачи разрешений и покупки виолитов. Кажется, срок действия разрешения сократили до трех месяцев... - Тамхас заглянул в газету, пробежал глазами текст и кивнул, - да, именно. И добавили еще пару необходимых справок, и подняли пошлины для получения разрешения.
- Но зачем они это сделали? Ведь... двести седьмой год... хм, девять лет уже прошло.
- Думаю, церковники, уже начав, просто не могли остановиться. Но в 207 году пришел предел всеобщему терпению. Ученые и волшебники стали забрасывать приемные чиновников письмами - никакой реакции. Тогда они собрались и вышли на площадь, чтобы обратить внимание на себя, напомнить, что без исследований виолита мир застынет на месте, - и опять их никто не услышал. Тогда они остановили все часы в столице.
Катэль не сразу понял, что в этом такого, но, стоило ему представить мир без времени, такой же, как мир, в котором он недавно блуждал почти без надежды, - и все встало на свои места. Пытливые умы королевства точно знали, как заставить всех обратить на себя внимание.
- Они заставили мир застыть, - сказал Катэль.