А потом он отвёл голову назад и сделал конвульсивный вдох, собираясь выкашлять инородное тело в дыхательных путях. Не успел, грянул оглушительный взрыв, оторвавший голову зверя, и обдавший все окрестные кусты ошмётками красного мяса и кости. Я при этом остался цел, если не считать сильной контузии и запачканной одежды.
Некоторое время я сидел в растерянности. Тварь убита, Акимов мёртв, парни где-то впереди, впрочем, дорогу найдут, карта была в рюкзаке покойного командира. Я жив, хотя уже в который раз сую голову в петлю. Враги, что стреляли с того берега, если живы, сейчас явно заняты другим. Выходит, надо валить. Можно догнать парней, а можно дальше идти одному. Не глупее других, дорогу найду, карта есть и у меня, даже, кажется, более подробная.
Я с трудом поднялся на ноги. Голова кружилась, рёбра, отбитые при падении, сильно болели, но худо-бедно идти получалось, хоть и не так быстро. С тела Акимова я забрал последний полный магазин, у меня самого ещё четыре полных. Хватит на дорогу. Гранат нет, плохо. Ну, да ладно, как-нибудь переживу. Отдышавшись, я направился на запад, по пути охапками листьев стирая с одежды кровь и мясо зверя.
Направление тут одно, сбиться с пути сложно, препятствия буду обходить по дуге, а мимо Москвы, пусть и разрушенной, пройти сложно. Там, по идее, сплошная застройка должна быть. Теперь это руины, но, опять же, мимо не пройду. Еды бы хватило. Рюкзак мой изрядно отощал за последние дни.
Шагал я до вечера, как заведённый. Только к самому закату, обосновавшись в руинах некоего посёлка, почти скрытого под зарослями молодого леса, позволил себе расслабиться. В качестве убежища выбрал второй этаж полуразрушенного дома, где с прежней наглостью развёл костёр. Извлёк из рюкзака картошку и последний кусочек сала, размером с пачку сигарет. Хорошо, хоть фляга полная, никаких водоёмов по пути я не встретил.
Картошка быстро испеклась в золе, сало я аккуратно нарезал на доске, а потом вынул ещё пару сухарей. Отлично. Ужин королевский. Почти. Я сидел и наслаждался мелкими жизненными радостями. Странно. Только что я потерял своего спутника, и сам едва не погиб (в который уже раз), по этому поводу следовало испытывать какие-то бурные эмоции, переживать. А у меня на душе откуда-то взялось спокойное отупение. Переживалка сломалась, перегорела от перегрузки.
Попробовал в свете костра просматривать карту, толку было мало. Не было привязки, следовало сначала узнать, где я сам нахожусь. Из реки мы вышли вот здесь. Хотя нет, не здесь, а чуть выше, мост помешал. Потом я шёл в направлении… а сколько я прошёл? Допустим, километров двадцать. Тогда…
В тот момент, когда я уже готов был прийти к каким-то революционным выводам относительно своей дислокации, усталость и переживания взяли своё. Я заснул сидя, даже не прожевав последний кусочек картошки.
Глава тринадцатая
Прошло ещё восемь дней. Состояние моё можно было охарактеризовать одной многозначительной фразой: «Я всё ещё жив». В моём теперешнем состоянии это был немалый повод для гордости. Я был жив и, более того, медленно продвигался к своей цели. Медленно, потому что здесь просто не было прямых дорог. Застройка была плотной, а теперь, став руинами, завалы из кирпича, стали и бетона полностью перегораживали путь. Приходилось закладывать крюк, добавляя к неблизкому пути пару десятков километров. Второй напастью были реки, даже относительно узкие приходилось форсировать на разнообразных плавсредствах, а учитывая их сложную траекторию русла, некоторые приходилось переплывать по нескольку раз.
Из новостей печальных могу отметить тот факт, что мой мешок окончательно опустел, последние два дня я придерживался строгой диеты в полтора сухаря на сутки, но теперь и они подошли к концу. Голод постепенно притупился, желудок за ненадобностью отключался. Я уже начал слабеть, но ноги пока переставлять получалось. Кроме того, на протяжении всего пути от реки я не встретил никаких врагов, ни людей, ни тварей. Последних однажды наблюдал издалека, стаю в полдюжины голов, но это было далеко, получилось благополучно разминуться.
Но были и хорошие новости, я разобрался в карте и мог теперь соотнести своё местоположение с точкой на бумаге. Мне повезло найти парочку посёлков, где сохранилось название. Теперь я точно знал, где нахожусь.