10 382
10 565
Германия
5 235
8 295
10 826
С весны 1940 г. Сталин много работал с директорами заводов, руководителями конструкторских бюро, часто бывал на военных полигонах. Он до мелочей
43
знал все военно-технические дела страны. Почти в каждый новый тип оружия была вложена частица души и энергии Иосифа Виссарионовича. Дыхание войны заставляло его постоянно держать в памяти военные вопросы.
Военные дела тревожили Сталина. Он вспомнил 17 апреля 1940 г. - Главный военный совет, на котором подводились итоги советско-финляндской кампании и велись крупные разговоры о характере современной войны. Вспомнил совещание высшего командного состава РККА в конце декабря 1940 г. - начале января 1941г., доклады военных руководителей на нем, которые он внимательно прочитал с карандашом в руках. Вспомнил 17 января - разбор двусторонней стратегической военной игры и свои замечания по поводу действий сторон. Все это, конечно, были хорошие мероприятия, полезные, поучительные. Многое стало видеться по-другому и в политике, и в военном искусстве. Но на сердце у советского лидера было неспокойно.
Что произошло тогда? Расправляя чубуком трубки прокуренные усы, Сталин сощурил глаза, лицо его напряглось, стало задумчивым, хмурым. Мысли унеслись в большую стратегию упомянутых совещаний, на которых он, ссылаясь на обстановку в Европе, раскрывал свои взгляды перед военным руководством Красной Армии на возможное развитие грядущих событий, в памяти высветилась лишь некоторая часть тех взглядов:
война подкрадывается незаметно. Она теперь не объявляется. Агрессор начинает ее внезапным нападением. Договоры и соглашения о мире, нейтралитете, медовые речи на этот счет - все это ширма для отвода глаз. Для СССР война может оказаться на два фронта: на Западе - с фашистской Германией, на Востоке - с империалистической Японией. Надо умело распределить силы, военные кадры, ресурсы. Все организовать и спланировать - задача Генерального штаба;
44
разгром Польши и Франции показал, что будущая война будет войной моторов и скоростей. Кулик* высказался против механизации, он против моторов, которые правительство дает армии, хотя это то же самое, как если бы он был против трактора или комбайна, защищая деревянный плуг (соху);
современная война требует высокой подвижности войск, их маневренности на поле боя не только частями и подразделениями, но и крупными оперативными объединениями. Наркомат обороны должен пересмотреть оргштатную структуру войск, сократить в их составе излишние тыловые части, обозы, небоеспособные подразделения;
опыт Гражданской войны устарел. Командир, который цепляется за него, погибает как командир. Он должен овладеть опытом современной войны. Ворошилов и Буденный - это уже история. Кем заменить их? Появились новые имена: Жуков, Мерецков, Кирпонос, Павлов, Кузнецов, Еременко, Ватутин… Но все они пока не стратеги, не способны вынашивать крупномасштабных решений, предвидеть ход событий. Возможности выбора новых полководцев слишком узки. Надо искать перспективных товарищей с задатками военачальников. Что касается полководческих дарований, то, как говорят, бритва оттачивается на оселке;
важнейшей заботой является техническое перевооружение армии: промышленность должна давать в месяц 20 тыс. автоматов и ни на один автомат меньше; надо ускорить массовый выпуск новых танков Т-34, самолетов-штурмовиков, истребителей, тактической авиации; принять на вооружение новый вид оружия - реактивные снаряды; выполнить план поставок в войска артиллерийских орудий, минометов, боеприпасов всех видов;
успех военных операций требует массирования сил и средств, создания двойного, тройного превосходства
* Г. И. Кулик - заместитель наркома обороны СССР, начальник Главного артиллерийского управления РККА.
45
над противником. Не забывать другие азбучные истины войны: хорошо организованное взаимодействие родов войск в бою, особенно между пехотой, танками, артиллерией и авиацией; бесперебойное материально-техническое снабжение войск боеприпасами, продовольствием, горюче-смазочными материалами. Кажется, все просто, а сколько надо мытарств, чтобы познать это на деле. Главное - учить войска денно и нощно в полевых условиях, и только тому, что требуется на войне;
в связи с тем, что в мире идет большая война, высший командный состав Красной Армии обязан глубоко изучить военные действия воюющих сторон, особенно способы боевых действий немецко-фашистских войск, их разбойничьи приемы при вторжении в другие европейские страны и серьезно учитывать все новое, приемлемое для нас в своей практической работе: при определении группировок войск, построении боевых порядков, в выборе способов боевых действий;
узловые вопросы текущего момента: Наркомату обороны тщательно разобраться и определить, что следует понимать под боеготовностью войск в нынешней обстановке; изучить пригодность предложения Б. М. Шапошникова относительно изменения существующей дислокации войск в западных военных округах; и, пожалуй, самое главное - ясно представлять себе новый характер перехода от состояния мира к состоянию войны. Старые мерки в этом деле надо отбросить, они губительны;
Наркомат обороны считает - политическое руководство с ним согласно, - что командующие войсками приграничных военных округов должны уточнить в Генеральном штабе и хорошо знать задачи и стратегические цели на случай войны, планы прикрытия государственной границы, сосредоточения и развертывания армий и другие оперативные мероприятия. Разумеется, строго соблюдать при этом меры предосторожности, чтобы нам самим не спровоцировать войну против себя;
46
не решены до конца вопросы: почему на высшем совещании никто даже не заговорил о «вступительном периоде войны»? Почему не было никакой реакции на доклад генерала И. В. Тюленева об оборонительных операциях? Наступление - это хорошо, правильно. Но для достижения целей войны мы не должны игнорировать никакие стратегические соображения. Наоборот, мы должны дорожить ими. Без обороны нет наступления.
* * *
Таковы факты. Они не выдуманы, реальны. Поэтому нелепо представлять, что Сталин перед войной «не занимался военными вопросами».
А знают ли критиканы довоенной деятельности Сталина о том, что благодаря его мудрости даже гитлеровская Германия перед войной своими руками помогала крепить оборонно-промышленный потенциал СССР? Но ведь так было. Документально известно, что Сталин указывал своим наркомам военной промышленности, чтобы они в техническом перевооружении армии максимально использовали возможности советско-германского торгового соглашения (19.08.1939 г.). По данному соглашению Германия Советскому Союзу предоставляла: долгосрочный кредит на сумму 200 млн марок; получение новой технологии и уникального оборудования, в том числе около 6500 высококачественных металлорежущих станков с маркой «Сделано в Германии»; использование германских изобретений и технической документации; закупку новейших вооружений (до 22 июня Германия поставила СССР 30 самых новейших самолетов).
Советская специальная комиссия во главе с наркомом И. Тевосяном в 1939 г. побывала в Германии. В течение месяца около 50 квалифицированных специалистов - членов комиссии знакомились с крупнейшими германскими предприятиями: были на заводах, судовер-