Открытие второго фронта, безусловно, облегчило бы положение нашей стране в кровопролитной борьбе против общего врага и самое главное — сократило бы сроки всей мировой войны, значительно приблизило бы освобождение народов от угрозы фашистского варварства. Но союзники тянули до июня 1944 г., после чего начали спешить, боясь, что СССР завершит разгром фашистской Германии самостоятельно. Так оно и получилось. Начав операцию «Оверлорд» с большим запозданием, фактически «за пять минут до двенадцати», союзники упустили возможность остановить русских не на Эльбе, а на Висле. А если бы еще немножко потянули, то советские войска могли оказаться у берегов Ла-Манша и высадка союзников во Франции стала бы не нужной.
Западная пропаганда и в прошлом, и особенно теперь излишне преувеличивает роль и значение второго фронта в исходе Второй мировой войны. В частности, широко распространяются утверждения о том, что вторжение союзных войск на север Франции сыграло решающую роль в ускорении разгрома фашистской Германии. Делаются попытки доказать недоказуемое, а именно: что открытие второго фронта было решающим фактором краха национал-социализма, единственным путем, который позволил быстро положить конец войне, и т. д.
Все эти и подобные им заявления далеки от истины, являются вымыслами и опровергаются фактами.
Во-первых, если второй фронт был таким решающим, то почему же союзники затягивали годами его открытие? Почему вторжение в Европу состоялось в июне 1944 г.? Думаю, что ответ однозначный: открытие второго фронта 6 июня 1944 г. было вынужденным для США и Англии. Гигантская битва на советско-германском фронте к этому времени вступила в завершающую фазу. Черчилль и Рузвельт своими глазами видели и прекрасно понимали, что окончательный разгром Германии Советскими Вооруженными Силами — дело считанных месяцев. Англия и США могут опоздать в Европу и она окажется освобожденной советскими войсками.
1 мая 1944 г. Сталин в приказе ставил задачу советским войскам: «Преследуя же врага, мы должны вызволить из немецкой неволи наших братьев поляков, чехословаков и другие союзные с нами народы Западной Европы, находящиеся под пятой гитлеровской Германии». Руководители США и Англии после заявления Сталина осознали, что речь идет об окончательном разгроме и ликвидации преступного фашистского режима и освобождении всей Европы от гитлеровского гнета.
Черчилль и Рузвельт знали также другую реальность: гитлеровское военное командование фактически вынуждено было признать, что немецко-фашистские войска не способны сдерживать наступление советских войск. Немецкий генерал X. Мантейфель своему командованию доносил: «Стремительное продвижение Красной Армии свело на нет последствия передышки, достигнутой арденнским наступлением, и сделало неизбежным быстрое окончание войны. Поэтому выигрыш времени на Западном фронте оказался обманчивым». Ближайший помощник Гитлера генерал А. Йодль доносил своему шефу: «На Восточном фронте обстановка, крайне напряжена… не хотелось бы скрывать, что я учитываю возможность наступления новых тяжелых кризисов». Йодль докладывал правду. Грандиозное наступление Советской Армии в июне — августе 1944 г., развернувшееся в Белоруссии на фронте в 1 000 км завершилось разгромом группы армий «Центр» и уничтожением 67 дивизий врага. В результате была образована огромная брешь на всем центральном участке фронта, заполнить которую фашистскому командованию не хватало ни сил, ни средств.
Реальная ситуация была такова, что когда наши союзники летом 1944 г. предприняли вторжение в Европу (операция «Оверлорд»), исход Второй мировой войны был уже определен поражением Германии в России. Германия фактически проиграла войну еще до операции союзников «Оверлорд». Именно поэтому и Черчилль, и Рузвельт спешили, понимая, что не дай бог, если Германия, да и не только она, станет коммунистической.
Во-вторых, конечно, положение Германии после открытия второго фронта резко ухудшилось: она оказалась в тисках двух фронтов, в международной изоляции и на грани поражения. Однако, объективно оценивая огромный размах операции «Оверлорд» и смелые действия американских и английских солдат и офицеров в ходе военных действий, необходимо признать все-таки тот исторический факт, что сам успех операции стал возможным благодаря сокрушительным поражениям Германии на советско-германском фронте, где решалась ее судьба. Здесь в это время находилось 228 дивизий и 23 бригады — всего 4,3 млн человек. На территории Франции, Бельгии и Голландии — лишь 60 дивизий (группа «Запад» под командованием генерал-фельдмаршала Рундштедта).