«Сколько славилась она и роскошествовала, столько воздайте ей мучений и горестей. Ибо она говорит в сердце своем: «Сижу царицею, я не вдова и не увижу горести!» За то в один день придут на нее казни, смерть и плач, и голод, и будет сожжена огнем, потому что силен Господь Бог, судящий ее. И восплачут и возрыдают о ней цари земные, блудодействовавшие и роскошествовавшие с нею, когда увидят дым от пожара ее, стоя издали от страха мучений ее и говоря: «Горе, горе тебе, великий город Вавилон, город крепкий! Ибо в один час пришел суд твой». (Откровение. 18, 7-10).
Говорит ли библейская книга о прошлых временах или содержит оценку «черного вторника»? Не знаю. Но уж слишком все сходится!
Самопожертвование 20 террористов не является случайностью или личной местью. За такой акцией стоит мощная организация, идея, долг, ненависть, ожесточение и одновременно стойкость мученика во имя исторического возмездия.
Не торопись, Америка, с ответом! Если по-умному осмыслить происходящее, то ты попала в западню собственной пресловутой политики силы, политики «большой дубинки», политики ограбления слабых, политики господства и принуждения, из которой тебе не выбраться до тех пор, пока не очухаешься от угара собственных амбиций и не признаешь собственное зло. Это тоже урок тебе, Америка!
11 сентября США получили мировую пощечину. Случилось то, что должно было неминуемо случиться. Сейчас в Вашингтоне в панической ярости ищут пути ответного возмездия, пытаются проложить долгосрочный курс, куда направить события.
11 сентября была перевернута новая страница мировой истории. Начался иной отсчет времени — военный, с целью завоевания Америкой всего мира.
Как выглядела предвоенная обстановка и какие были в ней характерные особенности?
Во-первых, снова, как прежде, не обращая внимание на мировое сообщество, без обсуждения и санкций Совета Безопасности ООН Америка начала лихорадочно готовиться к применению военно-силовых методов Североатлантического союза, к безжалостному уничтожению невинных людей, исторических и культурных ценностей древнейших человеческих цивилизаций. Такой открытый самосуд сперва поставил планировщиков Вашингтона в затруднительное положение. Они начали думать, нужны ли им санкции ООН на применение вооруженных сил. Однако из Белого дома нагло ответили, что США не нуждаются в санкциях ООН, они имеют право на самозащиту.
Для реализации этого права планировщики разработали на всякий случай различные варианты действий:
или организовывать новейший «крестовый поход», то есть создавать военную коалицию из стран НАТО с привлечением других государств и обрушить всю военную мощь ответного возмездия на террористов. На этом пути — много крови и непредвиденные последствия;
или осуществить акт возмездия путем проведения массированной широкомасштабной операции силами спецслужб по ликвидации известных и вновь выявленных террористско-диверсионных баз и лагерей противника;
или проявить гуманность и ограничиться мерами устрашения, выявления и наказания только террористов, без применения военного насилия против всех.
В конце концов Вашингтон остановился на единственном, по его разуму, пути сдвоенного ответного возмездия по террористам и тем странам, которые их поддерживают, имеют на своей территории базы для их подготовки. Америка продолжала находиться в паническом гневе. Ей нужен был хотя бы маленький успех в наказании виновных. О невинных она не думала. Поэтому более 80 % американцев требовали от президента Буша ответного возмездия. Конгресс дал президенту право на использование любых возможностей для борьбы с терроризмом. ООН поставили к стенке, а военной силе открыли «зеленый свет».
Таким образом, психологическая обстановка в стране предопределила возможный характер военной операции американо-натовского возмездия — операции длительной, жестокой и без границ. Первым объектом поражения был выбран Афганистан. Армада боевых кораблей, самолетов, наземных, морских, воздушно-десантных сил и спецслужб, сосредоточенных в районе боевых действий, должна демонстрировать военную силу и политическую решимость Америки на Ближнем Востоке и во всем мире. Главное здесь — не столько борьба с террористами, сколько демонстрация американскому народу решимости защищать их ценности и благополучие, а также нагнать страху на все страны планеты.
Начинать широкомасштабную войну с исламским миром с непредвиденными военными и экономическими последствиями для Запада — на это безумие в Вашингтоне пока не решились, побоялись, но не отказались.