Примеров тому немало. Убедительными фактами могут служить отказ засчитывать в число СН В 100 тяжелых бомбардировщиков — носителей ядерного оружия путем перевода их в разряд неядерных без выполнения на них каких-либо процедур переоборудования, получив фору до 2000 боезарядов (СНВ-2); отказ уничтожать (заменять новыми) платформы боеголовок МБР и БРПЛ, сохранив таким путем за собой так называемый возвратный потенциал порядка 3000 боезарядов (СНВ-2); неохват договором около 4000 крылатых ракет морского базирования (СНВ-2); требование двойного правила засчета КРВБ на ТБ — засчитывать на каждом американском тяжелом бомбардировщике 10 боезарядов, реально он может оснащаться до 20 КРВБ (СНВ-1); требование американцев не уничтожать, а складировать ядерные боезаряды сокращаемых баллистических ракет (договор СНВ-3) ит. д.
У России в настоящее время нет возможностей противостоять давлению США. Поэтому равноправных соглашений между ними не будет, видимо, очень долго, а возможно, никогда. Соглашения станут отныне только в пользу Америки или вообще никаких соглашений не будет. Останется одна команда из-за океана: «Все свободны. Пожалуйста!»
Как поведет себя Америка в ближайшее время? Какие еще она позволит себе выкрутасы? Учитывая, что администрация Буша в своих деяниях не считается с международными соглашениями, готова любой договор выбросить на помойку, как клочок бумажки, желательно было бы не забывать о таком ее отношении к Договору по ПРО. С чего начался силовой спектакль Белого дома и чем он закончился? Какой выбор сделала самая демократическая Америка: стабильность или путь в неизвестное?
Договор по ПРО: кто и зачем его выдумал?
Что вынудило СССР и США заключить Договор по ПРО 1972 г.? Ведь к тому времени уже действовали четыре многосторонних соглашения, касающихся ядер-ного оружия: о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой (1963 г.), о запрещении размещать его и другое оружие массового уничтожения в космосе (1967 г.), о нераспространении ядерного оружия (1968 г.), о запрещении размещения на дне морей и океанов и в его недрах ядерного оружия и других видов оружия массового уничтожения (1971 г.).
Все эти соглашения имели и продолжают иметь исключительно важное значение, так как они ставят преграду расползанию ядерной чумы по земному шару и его проникновению в космос. Однако они не препятствуют количественному наращиванию и качественному совершенствованию ядерного оружия государствами, которые им обзавелись.
Для того чтобы поставить определенные ограничения наращиванию сбоих стратегических ядерных вооружений и одновременно свести к минимуму свои стратегические оборонительные системы, СССР и США в 1972 г. заключили Договор по ПРО. Выход на такой договор был довольно сложный и обусловливался, на мой взгляд, многими обстоятельствами, в том числе тем, что стороны имели разные структуры стратегических наступательных вооружений, надо было преодолеть психологический барьер в связи с обсуждением и решением вопросов по таким системам оружия, сведения о которых оберегались каждой стороной пуше зеницы ока.
Особенно удручало и настораживало: зачем же отказываться от стратегических оборонительных систем, то есть лишать себя права на защиту своей страны?
Такие вопросы возникали у многих руководителей той и другой стороны, и некоторые видели в этом ловушку. На самом деле ничего странного в этом не было и стороны пришли к взаимному пониманию о том, что в ракетно-ядерный век неоспоримое право каждой страны на оборону — таковым это право остается навсегда — наилучшим образом может быть реализовано путем взаимного отказа от противоракетной обороны своих территорий. Вы не согласны с этим?
Между тем объяснение здесь простое. При отсутствии территориальных противоракетных систем каждая сторона вынуждена отдавать себе ясный отчет в том, что если бы она нанесла ядерный удар по другой стороне, то в любом случае, даже при ослабленном ответном ударе, будет нанесен неприемлемый ущерб. Создание одной из сторон широкомасштабной ПРО — щита, зонтика — неизбежно порождает у другой опасение, что это делается для нанесения внезапного первого ядерного удара в расчете, что с помощью этой системы свести и без того уже ослабленный ответный удар до вполне приемлемого уровня.
В такой обстановке сторона без шита вынуждена будет создавать свой щит либо искать противоядие, то есть наращивать и совершенствовать стратегические наступательные вооружения. А скорее всего, делать и то и другое вместе или в каком-то сочетании, возможно, дополнительно искать что-то третье. Очевидно, что спираль гонки вооружений круто пойдет вверх, увеличивая военную угрозу.