Таким образом, представляется вполне достоверной и до определенного времени оправданной версия о том, что Сталин, с одной стороны, никогда не сомневался и прекрасно понимал неизбежность войны с Германией. Но, с другой стороны, он лучше других видел недостаточную готовность к ней армии и страны в целом. Поэтому он запрещал давать отпор немецко-фашистским провокациям в воздухе, на море и особенно на сухопутье в приграничных районах, считая, что это может спровоцировать большую войну с Германией.
Зная о неизбежности войны — об этом он говорил постоянно, начиная с 1934 г. — и имея в виду это в своем сознании и действиях, Сталин внутренне надеялся, что ему удастся оттянуть ее начало по причине неспособности Германии воевать на два фронта и необходимости для Гитлера сначала разделаться с Англией, а только затем напасть на Советский Союз.
Между тем обстановка того времени развивалась быстро. При этом появлялись факты, которые давали альтернативный вариант развитию военных событий, отличный от того, о котором думал Сталин. Большую роль в этом деле могло сыграть талантливое военное предвидение советских полководцев, стоящих у руля Наркомата обороны и Генерального штаба.
Например, что было достоверно известно Генеральному штабу после разгрома Польши?
Первое. Генштаб знал о том, что около 100 французских и английских дивизий, дислоцирующихся на Западе, во время германо-польской войны пребывали в полном бездействии, хотя им противостояли всего 23 немецкие дивизии. Если бы французы и англичане правильно оценили обстановку и нанесли удар по гитлеровским войскам на Западе, то Германия потерпела бы крах еще в 1939 г. Но на Западном фронте было полное затишье. Англия и Франция не собирались воевать с Германией, бросив союзную Польшу на уничтожение нацистами. Хотя в военном отношении это было самое подходящее время для разгрома Германии. Об этом свидетельствует соотношение сил сторон, показанное в таблице 6.
Таблица 6
Общее соотношение сил Германии и западных стран по состоянию на 1 сентября 1939 г.
Бездеятельность Англии и Франции («странная война») послужила тому, что Гитлер внес существенные коррективы в свои планы войны. На совещании 14 августа он говорил своим генералам: «Англия в отличие от 1914 г. не позволит себе участвовать в войне, которая продлится годы… За что будет воевать Англия? За союзника никто умирать не станет… Люди, которых я видел в Мюнхене, не из тех, кто может начать новую мировую войну… Россия ни в коей мере не расположена таскать каштаны из огня».
Решение было принято: разгромить Польшу, затем Францию и без войны блокировать Англию на ее туманном Альбионе. Неужели советский Генеральный штаб не задумался над тем, почему западное союзное командование не захотело воспользоваться ни благоприятной для себя стратегической обстановкой, ни своим превосходством в силах и средствах, чтобы нанести поражение агрессору?
Второе. Генштаб располагал сведениями о том, что Германия не имела военно-морских транспортных возможностей для проведения десантной операции через Ла-Манш и высадки на Британские острова. В составе ВМФ Германии было 2 линейных корабля, 3 броненосца («карманные» линкоры), 2 тяжелых крейсера, 6 легких крейсеров, 22 эскадренных миноносца, 20 миноносцев, 57 подводных лодок.
Кроме того, по приказу Гитлера со всех оккупированных европейских стран было собрано большое число барж, буксиров, катеров. Строились ложные объекты-макеты транспортных судов и барж. Но сил для проведения крупной десантной операции все равно было недостаточно. Не хватало авиации поддержки и обеспечения.
Английская разведка получила необходимые сведения о подготовке Германии к десантированию, в том числе о ложных объектах. Она определила, что все эти работы немцев — дезинформация для России и Англии не угрожают, так как, чтобы построить десантные транспорты, нужны многие годы.
Советский Генеральный штаб не располагал подобными сведениями и не сумел доказать Сталину, что немецкая операция «Морской лев» блеф, маскировка плана «Барбаросса», то есть доказать возможность нападения Германии (после разгрома Франции) не на Англию, а на Советский Союз. Доказать, что Англия ослаблена, блокирована, ею можно пренебречь. А то, что она находится в состоянии войны с Германией, то это даже на руку Гитлеру, так как, используя этот фактор, можно ввести в заблуждение советское руководство относительно своей подготовки по плану «Барбаросса».