-Взгляни, -русоволосый кивнул на свою загипсованную руку, стал медленно подниматься, чтобы принять сидячее положение. Лучший друг лишь удивлённо поднял брови, затем вздохнул.
-Опять со стулом во сне подрался? -предположил Костя, тоже приподнимаясь. Ему на телефон шли сообщения от Влада. Он писал о том, что уже подъезжает к больнице. Нужно ли что-то ему, или попросить передать что-либо через его маму.
-Хуже: с горки прокатился, -усмехнулся Рома. Переводит усталый за сегодня взгляд на окно. Уже холодно с одного только неба. Олеся где-то рядом, он чувствовал.
Через пару минут друзья увлечённо беседовали обо всём на свете. Громко хохотали, но переставали, когда приходили их лечащие врачи. Те проверяли их состояние, температуру перед предстоящим сном. Оба решили, что это будет ещё какой Ад для работающих в этой больнице. Поскольку наперегонки бежать в конец коридора, чтобы поставить укол, это довольно весело. Для них.
Их разговор прерывает открытая дверь, в которую сразу же заходит Владислав. Он выглядел злым, впрочем, как и всегда. Но в его глазах читалась нескончаемая нежность, которую он готов подарить Косте. Взгляд сразу же падает на русоволосое существо. Меняется на удивлённый. Потом смотрит на Костю. Друзья улыбаются, кажется, они о чём-то разговаривали, но тут же заткнулись.
-Откуда ты знаешь, что я здесь лежу? -спросил Рома, пряча своё удивление где-то в глубине своих внутренностей. Влад цыкнул.
-Я не к тебе, -ну тот сразу понял причину, по которой его одноклассник тоже здесь лежит. Только был удивлён нелепому совпадению, что они в одной палате. Повторюсь: совпадений не бывает. Юноша подвинул стул к кровати своего парня, садясь на него. Он купил коробку конфет, раз уж Косте теперь нужно есть больше сладкого. А девятиклассник забыл, когда в последний раз ел такое огромное количество. Даже за всё детство!
Роман равнодушно закатил глаза, больше не приставая с расспросами. А потом снова удивился, смотря налево, где лежал друг. Он не понимал, почему Влад всё-таки пришёл. Это, значит, к Косте, что ли?
-Не понял!
Тут же юноша пожалел о том, что спросил, ибо поймал на себе моментально два строгих взгляда. Нащупал под одеялом свой журнал и перелистал на ту страницу, где и читал про механизмы в двигателе. Костя с Владом старались разговаривать не громко, но и не тихо. У них будто был общий язык, о существовании которого не знали даже древние филологи.
-Тебе нужно больше глюкозы, -в ответ говорил Влад на отнекивания девятиклассника. Того уже тошнило от конфет, от всего сладкого, и правда ведь тошнило, но что поделать, если прописали.
-Намёк на то, что я тупой, да? -как всегда, Костя находил некую подковырку в словах юноши, а тот порой говорил то, что первым придёт в голову. Оба хороши.
-Я тебе всеку сейчас, -отвечает Влад, запуская под одеяло юноши свою руку. Нащупывает другую. Сплетаются в замок.
На соседней кровати раздался еле сдержанный смешок, резкое перелистывание страниц.
Тут же в палату входит Олеся, уже переодетая и с распущенными косами. Её русые волосы стали слегка волнистыми, уменьшились в объёме. Но всё также падали на аккуратные плечи. Девушка тоже была удивлена всему тому, что происходило в помещении.
-Все собрались, -улыбается Олеся, шоркая бахилами по белому кафельному полу. Она подошла к кровати Романа, попутно здороваясь с мальчиками. Те на время отдёрнули руки друг друга, даже не совещаясь, будто по команде, которую тренировали целый год.
-Как доехала? -расспрашивает Роман, совсем забывая про то, что у него есть журнал. Он будто бы вычеркнул его из своих любимых предметов, а всё потому, что перед ним совсем другой предмет обожания. Юноши уже сами перестали болтать, наблюдая, как же всё-таки любовь меняет человека и превращает из придурка в романтика.
-Да всё нормально, вот твой сок, -протянула коробку персикового сада юноше, на что тот поблагодарил её и приказал сидеть рядом с ним на кровати. Олеся долго рассказывала своему парню о том, как ломала руку в детстве. Но это произошло на уроке физкультуры. Ещё в далёких начальных классах, тогда, когда она не жила в этом городе. Роман увлечённо вслушивался в монолог, иногда подбрасывая сверху свои левые шутки, на что оба смеялись. Костя и Влад переглянулись. Да, Рома совсем другой человек рядом с ней. Меняется.
-Ой, да и ты быстро поправишься, -с такими словами девушка заканчивает свою детскую историю и всматривается в серо-голубые глаза, которые иногда на фотографиях получались каре-зелёные. Между парой возникло минутное молчание, так как оба любовались глазами друг друга, Рома поддался слегка вперёд, чтобы достать лица Олеси. Та уже знает, к чему это ведёт, поэтому лишь прикрывает глаза, убирая прядку светлых волос за ухо. Они целуются. Медленно, будто бы наслаждаясь моментом, нежно. Берутся за руки. И всё, им словно никто не мог помешать.
В это время Костя засматривался на своих друзей, что сидели за метра четыре от него. Наблюдал, как они дарят любовь друг другу. Ту любовь, на которую можно смотреть другим, они только умилятся. Пожелают таких же тёплых отношений в будущем. Но юноша не заметил, как на него пялится уже почти десять минут безостановочно Влад. Улыбаясь отдалённо, переводит интуитивно взгляд. Точно. Теперь не улыбается.
-Хэй, -Владислав был рад, что, наконец, привлёк внимание юноши. Хотя, особо и не старался. Сжимает тёплую руку в своих холодных. Пытается говорить шёпотом, не потому, что их могут услышать, а потому, что хотелось. В такой тишине как раз и наблюдать за непослушной чёлкой, которая каждый раз падала на глаза. Затем Костя убирает её…
-Прости, -приходит в себя, несколько опечалено переводя взгляд в сторону. На конфеты. Теперь снова улыбается. Вроде и тепло от заботы, но так надоело уже лежать в четырёх стенах. Прогуляться можно лишь на дворе больницы, и то с ограничением по времени, -у меня не слипнется?
-Разлипну, -с хрипотой отвечает зелёноглазый, снова привлекая взгляд на себе. Так они могли сидеть вечно — просто смотреть в глаза друг друга, ничего не говорить, потому что это было действительно интересно, это было божественно.
-Я не готов, -кусает нижнюю губу девятиклассник, кусает до такой степени, чтобы выпустить кровь, свою всю силу, которую он вкладывал в саморазрушение. Влад наблюдает за этим. Ему всё равно, что говорит Костя, но не всё равно, что он делает. Тот делает это из привычки, поскольку предпочитал, чтобы на улице его губы ощущали некую колкость, боль на ветру.
-Не кусай.
-А я на днях футбол смотрел…-вспоминает Костя, тоже пропуская мимо ушей приказы Влада, начиная уже свою историю, как у Олеси. Только наполненную более яркими выражениями, эмоциями и громким тоном.
-Бля, тише будь, -просит Рома, отвлекаясь от девушки. Та хохочет. Костя злой. Влад снова пялится на Костю.
====== 24 Глава. ======
Прошло несколько дней с тех пор, как лучшие друзья пролежали в больнице. В последний день, в день выписки, юноши не хотели расставаться со своими любимыми врачами, уходить вообще. Ведь они уже настолько привыкли к данной обстановке…
А вот все врачи, которые имели дело с этими хулиганами, наоборот, чуть пир не устроили в честь их ухода. Перекрестились после того, как только они покинули двери больницы. И лишь одна повариха будет скучать по ним. Долго же они прощались… Никто больше не будет бегать за добавкой, как это делал Рома под час ночи, никто не будет допивать зелёный чай, как это делал Костя… Да уж, печально.
-Ещё увидимся!
-Да не дай Бог!
Что и следовало ожидать от лучших друзей, которые лежали в одной палате. Бесконечный ор с их этажа, недосыпы и нервный тик у их нового соседа. Того подселили за два дня, как они ушли. Но и этого было достаточно, чтобы сойти с ума.
Сегодня суббота. Как же их состояние? Определенно лучше. Но Роману запретили на некоторое время физические нагрузки, лишние и резкие движения с помощью руки. Обещал, что будет вести себя осторожно и внимательно. Ага, конечно.
Снега на улице опять выпало неимоверное количество. Ушли последние надежды Кости на то, что он увидит снег только в следующем году. А лучше бы вообще не видел. И, стоило только впустить эту мысль в голову, так сразу всё пошло наперекор. На уроках сидеть совсем не хотелось. Ибо там, в больнице, такого не было — рай был. Никто тебя не тревожит, никто не заставляет выходить к доске, никто не покрывает твой глубокий сон…