Тем временем Влад читал книгу, но никак не мог сосредоточиться на ней. Было темно, да и если свет включишь — разбудишь ребёнка, уж лучше зрением пока рискнуть, чем нервами. Девушка пару раз просила присмотреть за девочкой, пока сама уходила куда-то. Бедная. То вода ребёнку не понравится, то кушать не хочет. Приходилось немного забыть о себе, поскольку помочь хотелось больше.
Прошёл час с тех пор, как едет поезд. Костя всё никак не мог заснуть, хотя и не пробовал. Моцарта в его наушниках приглушал звук храпа с верхней полки. Он уже и подушкой голову закрыл, глаза зажмурил, всё равно слышно. И как только остальные смогли уснуть?!
-Петрович, потише, -просит юноша, стараясь перевернуть на другой бок тренера. Тот никак не был податлив, лишь наоборот, прилип к месту. Но вроде храпеть перестал. Костя с победным вздохом принялся дальше слушать музыку, заварив себе чай в прозрачном бокале. Да здраствует кипятильник! Кондуктор больше не мешала покою, не ходила по купе. Хорошо, что в туалет можно было ходить и технических работ пока не объявляли. Там вообще туалета по три часа не дождёшься, а то и четыре. Приходится в соседний вагон переться. Владимир Петрович как раз, наверное, в туалет и захотел. Поэтому спустился, опять мешая Косте. У того уже вена на лбу надулась со злости, но что поделать, терпеть осталось час с лишним.
Купе открывается, Костя готовится уже накричать на того, кто зашёл, предполагая, что это Петрович. Но это был не тренер. Владислав явился юноше как ангел, как спаситель. Потому что он уже не знал, что с собой делать, чем занятся.
Костя присел на кровати, откладывая на время на время наушники. Улыбка сама напрашивалась, да и невозможно её сдерживать. Правда, зевать хочется. Влад тоже ни разу не поспал, пока они ехали. А ведь потом такой возможности не будет. Юноша сел к девятикласснику на кровать, касаясь своей холодной рукой руки того. Ему во втором номере правда было холодно, потому что купе находилось прямо около выхода. Нехорошо. Так и простудиться можно.
-Как ты? -шепчет Влад на ухо, касаясь носом щеки. Прикрывает глаза, попутно вслушиваясь в «чух-чух» поезда, плавного переходящего в один «чух». Пока остальные спали, можно было и пошалить немного. Они не виделись два часа, но находились рядом. Если сравнивать, например, их кабинеты классные, то здесь это ещё рядом.
-Петрович не даёт мне спать, -повернулся лицом к Владиславу, состроив обиженную моську. Тому было знакомо такое настроение юноши, поэтому знал, что в таких случаях делать. Берёшь и целуешь. Константин на поцелуй ответил, сжимая руку и согревая моментально. В следующие минуты они оба слушали музыку Кости в наушниках, Владислав положил голову на плечо тому, в итоге оба уснули. У девятиклассника дёргались ресницы, а другой вообще как труп спал. Вот что делают поезда с людьми. Но зато интересно, да.
-О, ребята, просыпаемся, скоро выход наш, -зашёл с такими словами в купе тренер. Вот кому оратором то нужно быть! Может, работой своей голос натренировал уже. Одно дело: юноши проснулись сразу же, все четверо. Владислав еле отлипнул от плеча Кости, а тот еле открыл глаза. На Владимира Петровича посмотрело восемь запанных глаза, умоляя ещё о капельке сне. Но тот как железный трансформер отрицал все версии о каком-либо лишнем отдыхе, потому что нужно приходить в себя.
-А сколько время-то? -поинтересовался Генка, тоже кое-как отходя от крепкого сна. Сразу потянулся за минералкой, что стояла на столе всё это время.
-Семь почти.
Юноши собрались довольно быстро, даже Влад поторопился в своё купе, чтобы собрать багаж и вещи. Заодно и одеться. Все были готовы к выходу и ждали голос диспетчера. В остальных купе спортсмены сами регулировали время, поставили даже будильник, расчитав, сколько времени они будут ехать. В среднем от Тагила до Екатеринбурга путь составлял три часа. Если без задержок.
За окном с каждым километром меняется природа. В этом городе намного меньше снега, вообще практически нет. Уже март или апрель. Зелёного тоже ни черта, но зато серое и мокрое, пасмурное. Прямо как любит Костя. Этому он и был рад, хотя бы новому пейзажу, потому что этот снег его скоро убил бы. Настолько надоел, что хотелось выйти на улицу, взять грабли и весь этот снег…
«Уважаемые пассажиры, поезд номер двадцать три совершает свою поездку Тагил — Екатеринбург на платформе номер один на станции Уральской» -пропела диспетчер, только уже совсем другим голосом, поскольку женщина уже другая. Тренер и юноши засобирались выходить, взяв с собой всё необходимое, весь багаж. Сразу же почувствовался холод, свежесть, которой не хватало взаперти. Но зато было довольно уютно, если честно. Парни потягиваются, смотрят, сколько времени. До соревнований оставалось три часа. Им нужно ещё успеть в физкультурный комплекс, где и проводятся соревнования и тренировки. Назывался он простым словом «арена». Но был большим и довольно современным. Тренер вызвал заказной автобус по телефону, который разместили на стенах вокзала. Тут даже теплее, чем в родном городе.
-Пацаны, кто-нибудь защиту взял? -спрашивает сокомандник, кто-то отвечает, что да, взял, а кто-то нет, а кто вообще молчит. Как Костя. Он слушал совсем другое — звуки машин, проезжающих мимо. Голоса диспетчера. Будто бы провалился в сон, только с открытыми глазами. Владислав подошёл сзади, положив руку на плечо.
-Что надо? -интересуется Костя, поворачиваясь к юноше. Тот тянет лыбу, будто бы совсем не устал. Что не скажешь о его парне — усталый, вялый, не выспался, не знает, как будет играть. Пока все ждут автобус, решили заглянуть в кафе, чтобы червечка заморить, ибо потом уже будет совсем некогда.
«АРЕНА».
Комплекс, как и ожидалось, изнутри тоже был огромным и просторным. Пока не видели, какие залы будут. Тренер примерно сказал, что будут две площадки на одной большой. В общем, как и обычно. Владимир Петрович побежал на жеребьёвку, дабы узнать, с какой командой они будут играть. Юноши разбежались по раздевалкам, чтобы переодеться. Далеко друг от друга уходить не стали — по соседству. Владислав же только снял верхнюю одежду, помогая переодеться Косте. Ну, как помогая. Пялиться можно считать за помощь?
-Я очень волнуюсь, -предупреждает Костя, натягивая на оголённые ноги баскетбольные оранжевые шорты. Его строгий взгляд был строже, чем Влада. Но он в отличие от второго делал реже такие взоры. Для него проще быть весёлым и радостным, а не хмурым.
-Детка, отыграешь все матчи и всё будет хорошо, -говорит тихо Влад, стараясь хоть каким-то образом подбодрить юношу. Но того не волновали противники, правила, а именно то, что может уснуть и не заметить мяча во время матча, как однажды сделал это на футболе. Сокомандники не слышали их разговора, потому что сами о чём-то увлечённо беседовали, видимо, обсуждали тактику.
-Я не про это, спасибо, -улыбается наконец-то Костя, складывая свои вещи осторожно в сумку. Тут же будет лежать и его чемодан. Потому что отель планировался только после игры. Владислав уместил руки на основании скамейки, наблюдая за напряжённым Костей. Не нравился он ему таким. Больше шла улыбка и смех.
Тренер ворвался в раздевалки и быстро предупредил игроков, что матч начнётся через двадцать минут. Все разбежались смотреть зал. И только двое закрыли дверь за ними, чтобы остаться на тет-а-тет.
-У нас есть пять минут, -на одном выдохе говорит Костя, только успевая развернуться, как его тут же прижимают к серому шкафчику. Ничего не может поделать, сопротивляться бессмысленно. Застукают — объяснятся. Уже вряд ли кто-то пройдёт. Они поцеловались. Владислав хотел насладиться Костей на все часы, которые будет смотреть на него, но не сможет прикоснуться. Поглаживал плечи девятиклассника, расслабляя их до самого предела. Не надо было, чтобы тот волновался или пугался. Это отвлекало.
-Ты такой грубый, -обнимает Влада за плечи, а тот закидывает одну ногу к себе на бёдра. Оголённые они ему нравились больше. А вообще, ему весь Костя нравился. Даже изьяны его. Холодная ладноь проходила по ляжкам, колену, оставляя после себя дорожку муражек. Костя улыбался.