-Уже ссыкуешь? -зелёноглазый сначала тянулся к Косте, дополз до его бёдер на кровати, так медленно и величаво, будто лев над своей ланью. Если Косте и было страшно, то это сразу же читалось во взгляде: потерянный, испуганный слегка, а ещё они блестели. Ещё скулы напряжены. Костя молча смотрел на нависшего над ним парня, пытался свыкнуться к таким проделкам. Но Владислав ничего делать не стал, лишь со смехом упал на соседнее место спиной. Потирает правый глаз, в который минуту назад упрямо лезли волосы.
-Как дела? Поговорим? -неожиданно девятиклассник сменяет обороты, ему уже совсем нестрашно, даже наоборот — весело. Улыбка согревала. Он повернулся, осматривал острые и впалые скулы Влада, которые так сильно влекли. Второй же с тяжестью вздохнул, но лишь потому, что устал за весь день. Был уже готов к «серьёзному» разговору, где половину слов будет игнорировать и дремать, а Костя даже не заметит этого и будет разговаривать сам с собой.
-Лучше.
-«лучше» будешь у психиатра на приёме говорить, развёрнутый ответ мне.
-У меня всё хорошо, даже отлично, удивительно, да? -с нотой равнодушия выпалил Влад, приоткрывая глаза. Свет совсем не мешал, он был как фон. Фоновой музыкой. Только без слов и мелодии.
-Конечно, ты же вечно ходишь, как будто похоронил кого-то, -улыбается Костя, ловко садясь на паху у парня. Сам девятиклассник был только в футболке и трусах, чем пугал и притягивал Влада одновременно. Смотришь на эти оголенные части тела — холодно становится. В отеле хоть и Африка та ещё была, но так как Косте всегда холодно, это передаётся остальным.
-Неужели ты улыбаешься? Не могу уследить за твоим настроением, -холодный взгляд прошёлся по едва видным ключицам из-под футболки, они двигались, когда дёргались плечи от малейшей волны холода. Рука Влада уместилась на талии юноши, а другая на бёдрах. Мысль о том, что всё это принадлежит только ему, очень льстила, -что ты за существо на самом деле?
-Сказать правду? -улыбка с лица мгновенно убежала. Костя подержал пятисекундное молчание, дожидаясь, пока даст согласие Влад. Тот кивнул головой. Девятиклассник прокрихтел, выпрямился привычно в спине. Неожиданно развеселел вновь, рукой убирая назад свою недлинную чёлку и прикрывая едва томный взгляд, -я — богатырь, а ты моя лошадь! Тык — тыг — дык! -Константин даже продемонстрировал. Он даже не смотрел на Влада, просто запрыгал у него на бёдрах. Ну, типа он богатырь, а тот лошадь. Всё правильно. Руки ещё успевали гладить талию. Но действия стали растеряннее.
Владиславу будто открылся совсем другой юноша, из такого невинного и мягкого он вдруг превратился в развращённого. Даже не по себе стало. Не ожидал, что Костя ещё и такое умеет вытворять. Мысль стала сладка именно от того, что как раз-таки девятиклассник ничего такого не хотел, лишь подыграл своей роли. А получилось вот как. Из-за этого ещё больше верится…
Щёки Влада вдруг покрылись лёгким румянцем, рот приоткрылся, хотелось что-то сказать, но всё из головы вылетело. Пред ним совсем новое, не открытое ещё никем… И звание великого первооткрывателя присуждается…
-А… -лишь вымолвил Владислав, его глаза как-то расширились даже. Если по правде, то они синхронно сегодня первооткрыватели. Юноша тоже редко когда в таком удивлении предстаёт. Ягодицы Кости ёрзали по паху, будто прося о чём-то сокровенном и давно желаемом. Но, к сожалению, это было лишь случайностью. Девятиклассник возвращается на землю, только-только осознавая, что творит на данный момент. Мгновенно смутился, только намного больше, чем Влад. Щёки покраснели. Сам отпрянул побыстрее с кровати вообще. Перед этим пересёкся с растерянным взглядом, одновременно полным восторгом и любовью. Быстрее свинцовой пули оказался сидеть за столом перед окошком, берёт в руки свой телефон и не показывает своего лица. Как известно ещё со дня, трафик сел, да и зарядка уже скоро. Заряжать сейчас смысла нет. Удлинителя всё равно не найдёшь. Придётся сидеть так всю ночь, наверное, в полном шоке от себя самого.
Так они просидели в тишине примерно полчаса. Никто не мог вымолвить первого слова, и повторная роль первооткрывателя присуждается снова Владиславу. Казалось, он даже бровью не дёрнул, так и сидел с таким румяным лицом и удивлёнными глазами. Может, для некоторых покажется обычной повседневностью, но не для них обоих. Костя стучал пальцами о потухший экран телефона.
-Давай спать? -повернул слегка голову, повернулся и Костя. Только теперь в лице меняясь специально для юноши. Будто его это не затронуло даже. Нет, но понятно было всё равно, что внутренняя паника произошла. Костя молча кивнул. Встал как робот из-за стола и проследовал до выключателя. За это время Влад успел раздеться, лечь под одеяло. Спать хотелось наполовину. Девятиклассник лёг рядом. Даже ближе притянулся.
-Ты этого не видел, -как бы и условие, но как бы и просьба Кости прозвучала довольно сухо и холодно с его уст. Пульсирующие виски успокоились, щёки перестали краснеть от каждой первой мысли о случившимся. Правая рука потянулась к плечам Влада.
-Я это видел, -говорит всё также восторженно парень, старается найти под одеялом талию Кости. Находит. По ней плавно спускается к бёдрам. Никак не успокоится. Даже в темноте было жутко от того, что на тебя так влюблённо смотрят маньяческим взглядом. Костя стал постепенно закрывать глаза, стараясь не затевать спор и продолжить всё утром. Не тут то было. Тонкие пальцы ощупывали голые бёдра, нажимали на них с силой, чувствуя, как кожа на том месте моментально становится горячей. От мурашек и следа не осталось.
-В…Влад… А, мм, ах! -спустя какой-то полминуты Костя с новой силой раскраснелся, снова не по своей воле и желанию. Глаза опьянёно высматривали в темноте противоположную стену, её очертания. Одна нога каким-то волшебным образом была закинута на бёдра Влада. Непонятно. Где там директор канала РЕН-ТВ?
-Костя, изнасилую, -маньяк на свободе. Не поймёт, почему девятиклассник снова «растёкся как лужа» под его руками. Но тот глухо стонет что-то, пытается сказать, а пальцы всё продолжают гулять по ляжкам и ягодицам. Костя старается отстраниться — не может. Будто скован или привязан цепями к парню. Самому Владиславу стало ещё больше не по себе, даже хуже, чем в прошлый раз.
Константин взял себя в руки, нахмурился. Так и знал, что будут приставать. Но ведь сопротивляйся или нет — выход один. Его тёмные глаза хоть и блистали от влажности под светом луны, горели непорочностью и чистотой, но пришли в себя, в боевой дух. Костя еле оттолкнул Влада от себя, и второй вообще грохнулся с кровати, цепляясь за одеяло и его тоже с собой на пол унося. Произошло всё так быстро и внезапно, что мозг даже целиком всё обдумать не успел.
-За что? -потирает повреждённый затылок Влад, хмурится, сидя на полу. Благо и там было тепло, даже уютно. Можно костёр разводить и песни под гитары петь. Но это как-нибудь позже и летом…
-Не нужно было так задницу мою жмакать. Теперь спи на полу, заслужил, -Костя ещё передвинулся к краю кровати, грозно взглянув на Владислава и отбирая у него одеяло. Теперь окончательно повернулся, закрыл глаза, стараясь быстрее снять свою раздражительность. Да, Костя был самым агрессивным человеком, которого знал Влад. Сам же он на полу спать не собирался. Просто упёрся спиной о боковые укладки кровати, подолгу смотрел на не до конца зашторенное окно. А после, когда услышал, что дыхание Кости изменилось, лёг к нему на кровать, под одеяло. Ледяные руки сразу же обвили тонкую и родную талию. Теперь дано спать обоим.
====== 29 Глава. ======
Из углов кафе слышалась бесконечная труба и саксофон, играл самый настоящий американский джаз 80-х годов. Эта музыка была совсем не под стать погоде, что господствовала сейчас за окном. Там совсем иная обстановка: пасмурно, тускло, глаз не радует. Но Роман был рад хотя бы этому, поскольку ненавистный снег начал таять. Сейчас же он облокотился на стол, упираясь головой о ладонь. Глаза его на данный момент вовсе не отличались от цвета неба на улице. Он уже вот около полтора часа выслушивает интереснейшие девичьи истории Олеси. Как оказалось, её всю эту неделю терпела лучшая подруга Изабелла. Ей-то не сладко пришлось… Та не психует из-за критический дней. Официанты один за другим подходят к столику, спрашивают, чего ещё желают молодые люди. Но те вдоволь наелись доширака и теперь каждый раз заказывают только по чашке горячего шоколада, лишь бы согреться. В помещении было не холодно, нет. Но иногда внезапный ветерок с улицы или кондиционера мог дотянуться до кожи и образовать на ней мурашки. У Романа в тарелке оставалась ещё лапша, её он и ковырял нехотя алюминевой вилочкой, наматывал каждую «косичку» на зубчики. Да, с лучшим другом это намного веселее проходит, даже добавки заказывают. У Олеси на глазах будто лежал снег, специально эффект туши такой. Красишь, а там через некоторое время блёстки появляются серебристого оттенка. Стрелки сегодня она не нарисовала. Одна получилась, а другую стереть пришлось, как по законам традиций. За румяна отвечал лёгкий морозец и северный ветер. Роме нравилась и такая её красота, даже считал её намного привлекательней, поскольку настоящая натура она остаётся натурой. На груди у девушки висел небольшая подвеска её знака зодиака. Юноша никак не обращал на это внимания, посчитав, что это обычная девичья штучка-дрючка. Хотелось позвонить Косте. Уже не с кем играть в онлайн-шутеры, хотя, тот и вряд ли захочет, как-то подозрительно занятой стал. Девушка напротив всё продолжала излагать свои величайшие мысли, остужала шоколад пластмассовой ложечкой, напоминающую зубочистку. Стол не имел скатерти, он был деревянным и лакированным. Были лишь подносы под горячее или салаты с десертом, в общем, как и принято. Людей было немного, но это только сначала. Ближе к вечеру в кафе стало собираться всё больше и больше народу. Кто-то едет с работы и забегает сюда, чтобы дома не есть стрепню жены. Кто-то просто ленивый и не хочет дома готовить. А кто-то захотел встретиться и поговорить по душам, как это сделали Рома с Олесей. За соседним столиком никого не было, зато было желание лечь туда и отоспаться. Уютно же. Барная стойка тоже не пустела; просто вместо шумных клубов некоторые предпочитают тихое и спокойное место с мелодичной музыкой из-за угла. На часах было где-то шесть вечера. Роман уже не один десяток раз посмотрел на телефонные часы. Ему нравилось сидеть с Олесей, но он стал замечать, что становится всё меньше тем для разговора. К тому же, в этой паре если кто-то не начнёт говорить, не начнёт никто. Трое официантов уже покинули рабочее место, отправляясь домой. Наверно, весёлая и дружелюбная у них компания. А ещё за три столика сидела кучку гопников. На вид были стопроцентные, а вот по поведению даже и не скажешь… На одном была спортивка, совсем не сочетающаяся с чёрными остроносыми ботинками. На другом была восьмиклинка — самая выделяющаяся вещь в ассортименте гопников. Она скрывала, видимо, рыжеватые волосы одного из юношей. Они были молодыми, выглядели на лет так 20-25. Сидели, сгорбившись, жестикулировали тяжёлыми размахами, цыкали, видимо, по привычке после семечек. Их было четверо. На столе стояли бутылки светлого пива, сушёный кальмар и сыр-косичка с чипсами. Обсуждали, судя по всему, демократию нашей страны.