От музыки перешли к фильмам. «Мертвецу» я поставил два лайка. И тут понял, кого он мне напоминает! Фильм «Патерсон»: главный герой, водитель автобуса по имени Патерсон, одиноко сидит на скамейке и горюет о своей тетради со стихами, которую в куски изорвала его собака. В это время к скамейке подходит японец в строгом костюме с томиком поэзии в руках и просит разрешения присесть. Они разговаривают о поэзии. На прощание японец дарит Патерсону чистую тетрадь. Мой японец-сосед лицом очень похож на того японца-актёра! Моложе только. Подумал и понял, что не только лицом: оба любят поэзию; у одного чистая тетрадь, у другого чистый блокнот. Поразительно! Я спросил про «Патерсона» – он ответил, что не смотрел.
Далее выписывали книги, города, страны. Он мне дал два лайка за Одзу, Мураками и Киото и дислайк за Бонни Пинк. Я ему – два дислайка за Чехова и три лайка за «Кино» (KINO). (Откуда он «Кино» знает?!)
Когда дошли до пива («Асахи биру из май фэйворит биру!»), я вспомнил, что у меня в рюкзаке лежит упаковка арахиса. Достал и подарил ему. У Мураками пиво всегда с арахисом.
«Дамы и господа, наш самолёт приступил к снижению и через сорок минут совершит посадку в городе-герое Москве. Погода в Москве хорошая, минус восемь градусов по Цельсию…»
Как, уже? Так быстро? Я думал, ещё часа три лететь. Настолько погрузился в переписку, что совсем забыл про время. Блокнот исписан и изрисован почти полностью. И совсем не скучно. Скучать времени не было. Всю дорогу был занят подбором тем и слов, чтобы он мог меня понять и ответить. В буквальном смысле понять. Не мой внутренний мир, а то, что я пишу. Чтобы было понятно. Оказывается, для этого не требуется очень много слов. Чем проще, тем понятнее.
Счастье – это когда тебя понимают.
В зале прилёта японца ждал водитель. Хорошо, что ему не придётся переписываться с таксистами. На прощание он подарил мне японскую шоколадку. Я сделал последнюю запись в его блокноте: оставил свой электронный адрес.
Шоколадку передарил таксисту, который вёз меня от аэропорта. Очень он трогательно живописал, как за время чемпионата мира не нагрел ни одного иностранца, и как иностранцы этому удивлялись и благодарили. «А я им отвечаю: за что вы меня благодарите? Я просто делаю свою работу».
Японец так и не написал. И хорошо. Какое в интернете общение?
16. Хороший
Воскресное самокопание подходило к своему логичному финалу с верёвкой на шее.
Признайся уже, что ты говно. Самовлюблённое, не повзрослевшее, двуличное, тщеславное, трусливое, безответственное. С какой стороны ни посмотри. А вчерашние полёты – это уже совсем за гранью. Удивительно, насколько легко у тебя гадить получается…
Так, стоп, тормози. Пора на позитив выруливать. Вспомни что-нибудь хорошее. Что ты сделал хорошего за эту неделю? Ну-ка напряги память. Что-то же хорошее ты сделал. Но вырулить никак не удавалось. Наоборот, чем сильнее напрягался, тем больше всплывало гадостей. В подробностях.
Жидкое говно. Точка.
В ту самую секунду, когда ставил точку, мимо проехал парень на мопеде, посигналил и помахал мне рукой.
Знакомое лицо. Откуда я его знаю? На секунду отвлёкся от своих мыслей. Вспомнил. На днях возвращался домой и столкнулся с ним в подъезде: он пытался дверь в лифт затолкнуть, но та никак не проходила. Пришлось помочь ему затащить эту дверь по лестнице на пятый этаж. Тяжёлая, зараза. Думал, что умру. Он хотел мне дать денег, но я отказался. Сказал, что позову его, когда сам буду дверь менять. Я на девятом живу.
Махнул ему в ответ.
Откуда он взялся? Всё настроение сбил.
Ладно, завтра повешусь.
17. Чехов
– Устал, Саш?
– Да, трошки устал. Слишком много вперёд бегал. Мне больше захищником нравится. – Саша в несколько глотков осушил бутылку с водой, после чего стянул с ног бутсы и повалился на газон.
– На чемпионате мира за кого болеть будешь?
– За Перу.
– С ума сойти. Перу будет играть?
– Будет.
– А почему сам в майке Мексики?
Саша с трудом приподнял голову и посмотрел на свою майку. Потом виновато засмеялся:
– Перу постирал. Не высохла ещё.
– Ясно.
– Мексику тоже люблю. Южную Америку люблю.
Саша – это мы его так зовём. Как на самом деле, не знаю. В Китае изучал русский язык, потом в Киеве украинскую литературу. Поклонник Ивана Франко и сборной Перу. Кого только в этом мире не встретишь.